Разведёнка

Паша выдрессировал своего водилу так, что тот знал, ему сейчас надо стать слепо-глухо-немым придатком машины, и гнать-гнать-гнать, не останавливаясь, пока не кончится бензин или не поступят другие указания.

А Белый смог наконец сосредоточиться на злой, гибкой, строптивой женщине рядом. Ей обязательно надо было доказать, что сила и власть в его руках. Подчинить ее, раздавить, наказать.

Дааааа! Власть над ее телом у него была в руках! Еще какая власть.

Пялить ее на себя. Драть. Чтобы орала от кайфа.

Не обращая внимания, что его самого огнем заливает, выжигает мозги, а тело звенит от дикого напряжения.

Чтобы потом спросить, нещадно задавливая в себе неутоленное желание:

- Ну то, Крис-ти-на? Как тебе ЭТО было?

Увидеть как открываются ее глаза, уловить мгновение, когда рассеивается пелена и во взгляде возникает понимание. И добавить, брезгливо оттопырив губу:

- А мне так себе. Я с тобой даже не кончил.

И засмеяться.

Чтобы поймать ее режущий надвое холодный взгляд.

- Останови машину.

Обратилась даже не к нему, к водителю! И тот послушно остановился, как будто это она его хозяйка. По чистой случайности, прямо напротив входа в метро. Женщина, еще раз провела рукой по волосам, пригладила юбку, вышла и ушла.

***

Мертвая, звенящая тишина повисла в салоне.

Первый порыв был - за ней. Подавил порыв железной рукой, задушил в зародыше. Она все равно уже исчезла в метро.

А у него колом. Разорвет сейчас. И почему-то сводит сердце и что-то разъедающе-горячее разливается в том месте груди, где у других живет душа.

Нет у него души, нету, бл***!

Скользнул рукой по телу и только сейчас заметил водителя.

- Что вылупился? - взметнулась ярость. - Гони домой!

Дело сделано.

Сделано, да?!

глава 24

В метро Кристина неслась, не замечая ничего вокруг. По счастливой случайности не столкнулась ни с кем и никого не сшибла. И только оказавшись внутри, немного пришла в себя.

Надо было понять, где находится и куда ей двигаться дальше.

Огляделась вокруг, прочитала название станции, нашла взглядом схему. А в глазах рябит, грудь ходуном ходит и руки дрожат. Откат начался. Позорный, жестокий откат. Ее же сейчас просто прорвет рыданиями.