Разведёнка

Разговаривали с Игорем.

В другое время Паша непременно бы прицепился к обоим. Знал же, что блондиночка его дурит. Но сейчас ему было безразлично все. Пусть убираются, то, что здесь происходит, касается только его и Кристины.

Неожиданно к нему подошла та блондинка.

- Здравствуйте, Павел Анантольевич.

Он видел, как напрягся Влас, но плевать на все. Плевать.

- Здравствуйте, не помню вашего имени.

- А я Алена Малышева, подруга Кристины. И... ну в общем... - тут она как-то странно повела плечом, застеснялась.

Нет! Пусть не произносит этого слова! Он не хотел его слышать!

- С ней все будет в порядке! - отрезал Белый. - Так сказал врач.

Девушка неожиданно улыбнулась.

- Да, а я как раз об этом хотела сказать. Вы не переживайте, все хорошо будет.

- Спасибо, - проговорил тот, собираясь уже отвернуться.

Но она неожиданно коснулась его рукой. И заговорила тихо:

- Вы ведь не ошиблись тогда, Павел Анантольевич. Я и есть та девушка.

Ну он так и подозревал.

- Да. Теперь помню. Да.

- Знаете, мы ведь тогда с Власом ждали ребенка...

- Что?!! - вревел он беззвучно.

И уставился на Подгорского. Паша вдруг онемел, внезапно осознав, о чем она говорит. Это все переворачивало, наполняло совершенно иным смыслом. Не смог смотреть власу в глаза, отвернулся.

- Я хочу сказать, что это не страшно, все у вас будет нормально. У нас вот нормально, все получилось сразу, - она обернулась взглянуть на Власа.

"А потом вдруг добавила:

- Я же вижу, как вы ее любите.

***

Он долго еще переваривал услышанное. Сопоставлял, думал... Мир как-то крутился вокруг, но Белый ушел в себя, и отреагировал, только когда сообщили, что женщина очнулась.

К ней можно. Но недолго. Нах***! Всех остальных он просто выгнал.

В палату вошел осторожно. Бледная, голова в бинтах.

Уставилась на него, а потом отвернула голову. Как игла ему в сердце вонзилась.

Подошел, сел рядом. Взял за руку, холодная маленькая рука, нарощенные ногти. Душа заныла. Ну что же ты не дерешься со мной, а Крис-ти-на...

- Как ты? - выдавил с трудом.

- Ничего, жить буду, - буркнула она, облизывая губы.

И вдруг выдала:

- Можете не переживать, и невеста ваша пусть не волнуется, ребенка больше нет.

А его как прорвало.