Путь Стаи (СИ)

— Второй вопрос о наших дальнейших планах, — продолжал он в полной тишине, нарушаемой лишь отдаленным плеском речных волн, да шелестом хвои. Динка облизала ложку и отложила пустой котелок.

— Хоегард вспоминай точнее, где на карте обозначено «проклятое место». Даже если мы переправимся на противоположный берег… По этим лесам и болотам можно блуждать месяцами и ничего не найти.

— Если бы у меня были хоть какие-то ориентиры, — раздраженно отозвался Хоегард. — На карте были обозначены города, деревни, сама река.

— А как вы искали эту дверь в «проклятых местах» раньше? — вставила Динка. Но ее вопрос проигнорировали, оставив без ответа. И она поняла, что искать приходилось иголку в стоге сена. И, если бы у них был какой-то эффективный способ найти дверь в свой мир, то они бы уже давно вернулись домой.

— Динка предлагает достичь по реке моря и там наняться в охранники к торговому каравану, путешествующему по воде. Уплывем подальше отсюда. Туда, где про нас никто не знает. И начнем поиски заново. Что думаете об этом предложении? — озвучив условия задачи, Вожак замолчал, давая высказаться каждому члену команды.

Некоторое время все молчали, обдумывая предложение. Первым высказался Тирсвад.

— Я поддерживаю Варрэн-Лин, — проговорил он твердо, а затем, взглянув на Динку добавил уже тише: — Я за Динкой пойду в огонь и в воду, что бы она не решила.

— Я думаю, что в этом есть рациональное зерно, — проговорил задумчиво Хоегард. — Динка живет здесь всю свою жизнь и знает повадки людей гораздо лучше нас. Если она считает, что нас примут в охранники и будут за это платить, то это был бы оптимальный вариант, чтобы заниматься тем, что мы хорошо умеем, иметь деньги и избежать преследования со стороны человеческих властей. А порталы… Наверняка, они не только в этой местности… Ну или можно вернуться сюда позже, когда про нас забудут.

Шторос молчал. Вожак посмотрел на него и взгляды их встретились. Долго они смотрели друг другу в глаза, словно безмолвно общаясь, а затем Шторос перевел задумчивый взгляд на Динку.

— Когда мы были вчетвером, — начал он очень серьезно, — мы могли жить как стая диких зверей.