Призрак сети

Время бежало незаметно. Неожиданно они услышали голос Строжича.

- Вы что тут делаете, пострелята?

Федька и Мирилко прытко повскакивали с мест, и конопатый выпалил:

- К мертвяку пришли.

- Эй, ничего себе прикол. Это я мертвяк, что ли? - возмутился Илья.

- Нет, это так, к слову пришлось, - смутился Федька.

- Ну ты следи за словами-то, - взъерепенился Илья.

- Ох, больно ты горяч, - покачал головой Строжич и с лукавой улыбкой обратился к мальчишкам: - А вы разумейте, что перед вами Кречет, а не воробей. Не то он поправится, вам всем за мертвяка-то надает.

А теперича бегите домой. Небось, вас за делом послали, а вы вона где прохлаждаетеся.

Федька протянул Строжичу зайца.

- Это на похлебку, - и обернувшись к Илье, добавил: - Тут не вирий, взять негде.

- Задабриваешь, что ль? - подтрунил над ним Строжич.

- Не-а. Это за игру. Больно хороша, - сказал Федька.

Они с Мирилкой переглянулись и прыснули прочь.

- Что за игра? - спросил Строжич.

- Шашки. Да она простенькая. Я и посложнее знаю. Шахматы, например, - похвалился Илья.

- Это ж надо, игрой зайца заработал. Кому сказать, - покачал головой старик.

- Да вы что! На играх как раз столько гребут. Самый прибыльный бизнес, - с уверенностью заявил Илья, и тут у него в голове возник план.

Пока он не найдет способа переместиться в двадцать первый век, отпущенное время надо провести с пользой. Уж если ему довелось попасть в дремучее прошлое, то он должен нести культуру в массы, а заодно и заработать.

Глава 16

Время перевалило далеко за полдень.

Солнце лениво стекало по листве на землю и медовыми каплями лежало на траве. В тени леса жара отступала, но стоило выйти на открытое место, как солнце пекло неистово. Разморенные шмели кружили над сладкими зонтиками дурмана. Воздух был щедро пропитан густым душистым ароматом меда.

Серый прочесал большой отрезок дороги, но все напрасно. Поиски ничего не дали. Либо Илька здесь не проходил, либо время безжалостно стерло его следы.

До избы Строжича оставалось не больше километра.

Здесь дорога вплотную подходила к ручью, что прятался в узком овраге. Лощина поросла тонкими прутиками берез. За лето ручей обмелел. В полноводье он был чуть ли не по пояс, а теперь едва доходил до колена. Кое-где берега поросли остролистым рогозом, и вверх топорщились коричневые замшевые соцветия, которые люди часто по ошибке называют камышами. После тихой заводи ручей вырывался на волю и весело журчал меж камней, перекатываясь через мокрые спинки валунов.