Призрак сети

Он не понимал, зачем говорит Стасу дерзости. Может быть, оттого, что он сам страстно хотел вернуться в тот самый «аквариум» и до ужаса боялся покинуть его стены. Может, от несправедливости или оттого, что прежние друзья так легко отреклись от него, оставив за бортом. Конечно, дядю Сэма переубедить практически невозможно, но все же Илью не покидала мысль, что, если бы ребята вступились за него всем классом, директор смягчился бы.

- Ты что, взбесился? Никто тебя в бок не толкал шуточки откалывать. Психопат, - обиделся Стас.

- Да пошел ты!

- Сам иди, - отрезал Стас.

Короткие гудки в трубке словно подвели черту под прошлым этапом в жизни. Всё… всё… всё… всё…

Кончено. Точка. Мосты сожжены, и возвращаться некуда.

Глава 3

В последние дни родители часто ссорились. Обстановка в семье накалялась с каждым днем. Наталья Павловна плакала, как будто отправляет сына не в новую школу, а в стан врагов. Иван Степанович велел ей прекратить глупые истерики.

Иногда Илья удивлялся: что свело родителей вместе? Они были полной противоположностью друг друга, начиная с внешности и кончая характером.

Крупный, широкий в кости отец гордился тем, что вышел из простых мужиков. Мама, хрупкая и изнеженная, вечно сидела на новомодных диетах и, напротив, стремилась подчеркнуть принадлежность к богеме. При каждом новом знакомстве она непременно упоминала, что ее дед был художником, при этом умалчивая, что из-под его кисти выходили лишь плакаты типа: «Пьянству бой!» и «Мойте руки перед едой».

Обычно степенный и рассудительный Иван Степанович не вступал в перепалки с женой, как упорный вол не обращает внимания на назойливое жужжание слепня.

Но в данном случае он чувствовал, что наступил момент, когда должен сказать свое слово в воспитании сына.

- В других школах тоже дети учатся, и нечего настраивать Илью, будто вокруг одна шпана. Я, между прочим, не в лицеях образование получил, - говорил он.

- Тогда было другое время, - возражала жена.

- Время тут ни при чем. Когда он вырастет, никто не будет создавать ему тепличных условий.

Пусть привыкает жить с людьми. Хватит ходить за ним, как за малым дитятей.

- Ты просто жестокосердный чурбан. Тебя нисколько не интересует судьба сына. Не удивлюсь, если узнаю, что ты сам все подстроил! - восклицала Наталья Павловна и, заливаясь слезами, падала на диванные подушки.

- Я подстроил?! До тех пор, пока ты будешь квохтать над ним, он никогда не научится думать, прежде чем делать глупости. Он должен уметь расплачиваться за свои поступки.