Проданная невеста

Арканта невольно поежилась. Риндаль обнял ее, согревая теплом своего тела.

— Наверное, летать в такую погоду невозможно?

— Не знаю, не пробовал, — ответил он. — Но если хочешь…

— Нет-нет, — поспешно отказалась девушка, опасаясь, что у него хватит сумасбродства.

— Как скажешь, солнце, — улыбнулся дракон.

Развернул её к себе за плечи и коснулся губ. Трепетно, словно впервые пробуя их вкус.

— Я люблю тебя.

— Я тебя тоже, — Арканта обвила руками его шею, зарываясь пальцами в шёлк волос.

Поцелуи враз стали горячее, как будто по его венам потёк огонь.

От охватившей его страсти ей стало нечем дышать, и даже закружилась голова. Рука мужчины скользнула под блузку.

— Нет, Риндаль! — она попыталась отстраниться. — Не сейчас!

Дракон выпустил её.

— А когда?

Он тяжело дышал, грудь вздымалась как кузнечные мехи. В ореховых глазах бушевал пожар.

— Не так быстро, — пролепетала она, потупив взор. — Пожалуйста.

Риндаль взял её за подбородок, заставляя смотреть в лицо:

— Так когда наступит это «не так быстро»?

— Может быть, через месяц… — В его глазах отразилось такое страдание, что она тут же уполовинила срок: —Две недели…

— Почему, Арканта? Что изменится за эти две недели? Я стану тебе менее противен?

— Да нет же, Ринд! — поспешно возразила она.

— А что не так с тобой? — мужчина очертил большим пальцем её губы.

— Ринд, он меня семь лет искал, — еле слышно вымолвила Арканта, вновь спрятав взгляд. — А я…

— А ты теперь считаешь обязанной похоронить себя еще на семь лет, — жестко проговорил за нее дракон. — Как будто двадцати лет плена было мало!

— Ты не понимаешь. Я не помню этих двадцати лет.

— Зато я отлично понимаю другое: в сравнении с семью годами две недели так же мало, как и месяц или два, или три. Ничего не изменится за этот срок.

— Ринд, прошу тебя!.. — взмолилась Арканта.

Он тяжело вздохнул.

— Хорошо. — Краткий, неутолимый поцелуй обжёг ей губы, и она едва не вспыхнула сухой соломой. —

Спокойной ночи.

Риндаль ушёл раздосадованный и всё ещё заведенный.

Арканта и сама насилу справилась с нахлынувшим вдруг возбуждением. Ноги подкашивались, внизу живота пульсировал тугой узел желания.