Принцесса

Прислуживаешь ему, ведешь хозяйство, работаешь в таверне, и все бесплатно.

Таня и без него это знала, давно поняла, для чего Доббс держит ее при себе. А также поняла, что он не имеет права распоряжаться ею как своей собственностью. Сколько работы он на нее взвалил: экономка, повариха, прачка, сиделка, а в таверне — управляющий, клерк, снабженец, подавальщица, да еще время от времени танцовщица! А Штефан и его компания еще считают, что она и проститутка. Не много ли для одной хрупкой девушки? А что она за это имеет? Зато вскоре ее труды должны быть вознаграждены — она получит «Сераль».

Да, но теперь это весьма спорно: если ее увезут, она потеряет и последнюю возможность обрести свободу и получить собственность. Они действительно сделают из нее шлюху. А этого она ни за что не допустит.

Они со Штефаном шли через пивной зал, когда он вдруг остановился и сказал доверительным тоном:

— Если у тебя есть друзья, с которыми ты хотела бы попрощаться, и если они живут поблизости, мы можем зайти на пару минут.

Друзья? Единственные ее приятельницы — это служанки, да и то они дружили до того, как она стала их хозяйкой. Но это совсем не те отношения, о которых, видно, думал Штефан. Близких, настоящих подруг у нее не было никогда. Разве что, пожалуй, Лейла, но это было так давно и очень недолго.

— У меня нет никого, — ответила Таня, расстроившись от необходимости признать это вслух при чужом человеке.

— Даже любовника?

Вот тут она рассердилась.

— Слишком много! — вызывающе бросила Таня.

Он сердито дернул ее за руку и буквально выволок на улицу, где уже стоял экипаж. Рядом стояли остальные трое, готовые окружить ее и не дать двинуться в сторону. Таня грустно поглядела на все это и подумала, что поторопилась с ответом. Надо было назвать кого-нибудь из знакомых Доббса, а не стараться разозлить Штефана своей бравадой. Ну почему она все делает наоборот и понимает это, только когда уже поздно:""

Глава 13

— Господи, Штефан! Заставь ее хоть что-нибудь сделать с растрепанными волосами! — воскликнул Василий, когда все стали усаживаться в экипаж.

— А ты, мой друг, все надеешься лицезреть аккуратную и приглаженную куколку? — сухо отозвался Штефан. — Что имеем, то имеем. Придется смириться.

Таня надулась. Во-первых, она разозлилась на Василия за то, что он смотрел на нее с таким отвращением, а во-вторых, на Штефана за его замечание.