Причиню тебе развод. Твой М. (СИ)

Это моя будущая супруга! И поступил я так, как посчитал нужным.

– Про бывшую ты тоже говорил, что жениться будешь.

– Она оказалась блядью! – рявкнул я.

– А где гарантия, что эта не блядь? – ответил он мне таким же ревом. – Пойми, Рома, они все бляди! Как-то же она с тобой спит? Хотя муж имеется!

Я сжал кулаки.

Нет, говорить, что никакого секса у нас с зайчиком еще не было, я не буду. Командир мужик мне близкий, понятно, но в койку его к себе я все равно не буду пускать.

– Такого больше не повторится, товарищ полковник.

Я, хоть и не был в форме, встал по-уставному.

Задрал подбородок как на параде."

"– Я понимаю, что вы несете ответственность не только за себя, но и за всю группу. Но я также знаю, – я специально выделил это слово, – что моя Светлана – не такая. И да, я намерен жениться на ней, как только она получит свидетельство о разводе. Если у вас или у группы возникнут какие-то проблемы из-за меня, я согласен на перевод в другое подразделение. Если будут какие-то проблемы с журналистами или еще какая ерунда – я подам рапорт об увольнении.

– Да ты что? – язвительно спросил он. – Вот так просто, да? Из-за какой-то бабы...

– Светлана не просто баба, – отрезал я. – И прошу в таком тоне больше о моей женщине не отзываться!

– Разумовский...

– Я, товарищ полковник. Я все сказал.

Командир тяжело вздохнул.

Но мне было похер. Это мой заяц. И Белинский прекрасно понял, что дальше меня уговаривать не имеет смысла. И никакие угрозы или даже увольнение меня не пробьют.

Самое охеренное в этом всем было то, что я и сам это понял до самого конца.

Запуганная девчонка с рыжими волосами и затравленным взглядом была мне нужна. Зачем? А я знаю? Но нужна. Не просто на потрахаться и отдохнуть. Навсегда.

И так сразу легко стало...

– Разрешите идти, товарищ полковник?

– Торопишься куда-то?

– К ней тороплюсь, Олег Иваныч.

Меня внутри всего уже колотило.

Я хочу ей рассказать о том, что я понял. Заразить ее собой. Она же меня, наверное, ждет.

Глава 21

– Рома, ну я же не знала, – она давилась слезами, тихонечко подвывая.

Ох, да твою жеж мать...

Вернее, нашу общую, получается.

Я обнял сестру за плечи. Чмокнул в светлую макушку. Чего ж они все вокруг меня рыдают-то в последнее время?

– Не реви. Ты же не знала.

– Я, – она снова всхлипнула. Тяжелый живот, в котором пока что жила моя племянница, вздрогнул. – Я даже не успела спросить у нее, как ее зовут, Ром. Ляпнула, что мы будем жить втроем, и она сразу же ушла.