Попаданка в академии драконов 2

 — Вы ведь служили во дворце?

— Да.

— И многое знаете об императорской семье, их делах?

— Да, — щурится Дарион.

— Как думаете… возможно ли при отборе повлиять на родовой артефакт и изменить результат?

Облокотившись на стол, Дарион прокручивает в пальцах перо.

— Считается, что нет. Прецедентов — доказанных — не было. Но не доказано не значит не было.

— То есть на выбор артефакта повлиять можно?

— Я считаю, что это возможно.

Что-то мне присесть хочется.

— Почему ты заинтересовалась этим вопросом?

— Меня смутила фраза Элоранарра… — (Дарион вскидывает брови, предлагая продолжать).

— Так и сказал?

Киваю. Дарион прикусывает перо. Направленный на меня взгляд задумчиво плывёт.

— Любопытное замечание. — Дарион убирает перо в стол. — Иди, тренируйся.

— И вы никак это не прокомментируете?

Почесав затылок, Дарион пожимает плечами:

— Род Аран власть терять не хочет, у рода Аран есть талантливый учёный, и было время что-нибудь придумать.

— И вы ничего с этой информацией делать не будете?

— Информация без доказательств — пустой звук, но даже пустой звук может угрожать жизни.

— Значит, нужно об этом молчать?

— Можешь обсудить с Арендаром, он тебя не обидит. Я тоже. Но кому-то ещё рассказывать не советую.

— Но откуда у вас подозрения в подлоге? Вроде считается, что это невозможно.

— После исчезновения второй жены император провёл пять безрезультатных отборов, прежде чем признал поражение и женился на неизбранной. Элоранарр не нашёл никого на трёх стандартных и двух дополнительных отборах в других мирах. Линарэн остался без избранной после трёх попыток её найти. Арендару не помогли два отбора. Четыре представителя рода Аран и тысячи женщин, в том числе из семей, в которых уже были избранные императорской династии — ни одной подходящей.

— Это слишком странно? — сцепляю пальцы. — Просто я не специалист в истории Эёрана, не знаю, как часто наследники остаются без избранной.

— Не так часто, как некоторым бы хотелось. В роду Аран такого раньше не было.

— Мм… Предположим, в этом кто-то виноват, но кто? Как? Разве императорская семья за артефактом не следит? Неужели они бы не заметили, что он сломался?

— Следит и бережёт. Родовые артефакты не ломаются.