Попутчики

- Откуда, госпожа? - с наигранной неосведомлённостью спросила она. Это было видно по напряжённо засуетившемуся взгляду. Всё-таки, скрывать эмоции моя служанка не умела абсолютно. А где деньги хранятся - знает совершенно однозначно.

- Томасина, доставай, ты же видишь - я толком пошевелиться не могу - не то, чтобы встать. - миролюбиво сказала я.

- Не подумайте чего худого, госпожа, я просто как-то раз заметила... - замямлила тётка, отступила назад, опустилась на карачки и поползла, не поверите - под кровать.

-Жуть, как оригинально.

Вынырнула из-под койки Томасина с деревянной шкатулкой и красным от натуги и смущения лицом. Из чего следовало, что признаваться в обладании хозяйскими секретами было неловко, но деньги были сейчас нужнее и важнее, чем немного помятая репутация.

- Возьми, сколько я должна. - предложила я, - Возьми, возьми.

Я понимала, что, вероятно, для хозяйки не самый лучший выбор обнародовать перед служанкой свои ""банковские счета"", тем не менее, вариантов не было.

Томасина поставила шкатулку на табурет, открыла и двумя пальцами, подглядывая внутрь буквально одним глазом, достала плоскую, грубо обрезанную квадратную железку.

- Вот, сайрин, за месяц - один тал. Тут всё на месте. Как перед венчанием продали матушкину брошь, так всё в сохранности и лежит. Жалко-то как - последнее, что ценного оставалось от родительницы.

Я вытянула шею и тоже заглянула в шкатулку, на дне которой ещё лежали две таких же железяки, как та, что теперь перекочевала в руки Томасины и в уголке примостилась поменьше размером, но потолще.

- Возьми ещё вон ту, - тыкнула я пальцем, - за заботу. В качестве моей личной благодарности.

- Что вы, госпожа! - едва не задохнулась она в ответ, - Ни за что на свете Томасина не ограбит свою сайрин. Мы, конечно, люди не богатые, но совесть имеем. Это же пять моих жалований.

-Чуть не спалилась.- я прикусила язык, -Выходит, толстенькие кусочки - дороже, хоть и меньше на вид. Будем иметь ввиду.

В этот момент в комнату вернулся Саша. Судя по выражению лица, ему уже до смерти надоело слоняться по дому из угла в угол.