Попутчики

- послышался сосредоточенный голос королевского доктора, - Всё хорошо, милая. Всё хорошо.

Не смотря на сдержанность тона, было очевидно, что Люциус заметно волновался. Он подошёл к изголовью кровати и показал мне крохотный орущий свёрток.

- Мальчик. Чудесный и здоровый. Для двойни - просто богатырь.

Это был Хальдан - наш маленький силач.

- Их трое. - сипло прошептала я, - Пить, пожалуйста.

- Что? Трое? - обеспокоенно засуетился Люциус, - Срочно позовите кого-нибудь из женщин. Нам нужны дополнительные руки! Стерильные! И ещё воды! Грейте, не жалейте!

Послышалась возня, оживление, возгласы благодарности Всевышнему, радости, топот ног, рассыпавшийся по лестнице.

"А я всё прислушивалась и никак не могла отыскать в хороводе звуков голоса мужа. Где он? Почему не пускают?

В комнату, замотанная в такую же хламиду, как эскулапы, вошла, почти влетела Малота, демонстрируя им замытые и затёртые до красноты руки.

- Миленькая моя. - тётка плеснула в чашку воды и бросилась ко мне, за что я была несказанно благодарна, ибо Люциус, озадаченный подготовкой к приёму большего, чем ожидали количества детей, напрочь позабыл о моей просьбе, - Один глоточек, нельзя много. Вот, потихоньку.

Зубы клацнули по керамике, и горло оросила благодатная жидкость.

- А где.. Алекс? - задала мучивший вопрос, - Я его не слышу.

- Так в церкву побежал, родненькая.

Я расслабилась под воркование доброй тётки. Жутко захотелось спать, но внутренние ощущения говорили о том, что отдохнуть мне не дадут. Второй маленький явно готовился к появлению на свет.

Ангрод и Люциус слишком эмоциональным шёпотом, чтобы его не слышать, совещались в углу у окна. Предметом спора и обсуждения являлись опасения за жизни детей и меня. Тройню до этого момента ни один из них не принимал, они боялись, что кто-то из ребятишек лёг не так и не сможет самостоятельно выбраться.

- Почтенные. - приподняв голову, обратилась к ним, - Мы тут, кажется, настраиваемся на продолжение. И ради всего святого, не волнуйтесь. Мы справимся. Всё пройдёт так, как надо. Я это знаю.

В глазах Люциуса  мелькнуло понимание и незаданный вопрос. Он поджал губы и кивнул, сразу поверив моим словам.

Вторым родился Никаэль - главный умник нашей благословенной троицы.