Пламя надежды

Всё, он решил преодолеть боль, и теперь не даст никому уйти!

Ящерка заглянула ей в глаза.

– Ты серьёзно? – спросила она. – Откроешь мне память?

– Да! – решительно выпалила Луния. – Спаси моих друзей, и получишь её всю!

– Я тоже покажу! – добавил Икар.

Хищно оскалившись, маленькая дракониха исчезла и тут же появилась у самого трона, где только что лежал Краснокрыл. Схватила с пола брошенный кем-то меч, метнулась к Цунами и одним движением рассекла путы, оставив на чешуе пленницы кровавые царапины.

Трое пиррийцев пробивались к открытому окну, но на пути стояли стеной белоглазые рабы-ядожалы числом втрое больше. Зал постепенно заволакивало дымом, и Луния с ужасом смотрела, как огонь подбирается к брошенным на полу обрезкам лиан, над которыми дым уже становился зловеще зеленоватым.

– Скорее, скорее! – невольно воскликнула она, глядя на друзей, хоть те и не слышали.

– Что ж, думаю, я сделала достаточно, – самодовольно заметила Ящерка, появляясь рядом.

Оставленный ею Краснокрыл шатался и тряс обожжённой головой. Окинув мутным взглядом горящий зал, он наконец опомнился и бросился к двери.

– Но… они ещё не… – начала Луния, но тут Вихрь снова плюнул огнём, а едва различимый радужный выпустил струю чёрного яда.

Стражники-ядожалы с криками расступились, отчаянно смахивая с себя жгучие капли, а глаза их сразу же вернули нормальный цвет.

– Догнать! – завопил Змей с трона.

Он исчез, и на его месте оказалась Оса, всё так же прижимавшая лапы к искалеченной морде. Стражники толпились у окна, вылетая один за другим, но не все: пятеро обожжённых выли, катаясь по полу, а трое лежали неподвижно.

– Раненых надо вынести, – покачала головой Луния, – иначе сгорят или задохнутся в дыму. Если никто не придёт на помощь, сгорит весь улей!

Ящерка брезгливо наморщила нос.

– Тебе-то что? Это же улей Осы, а не Цикады. Здесь даже шелкопрядов ни одного нет. – Она вдруг наклонила голову, словно прислушиваясь. – Хм, зато сюда летит целая стая листокрылов.