Пленница бандита

— Я не понимаю.

— Поймешь, со временем, — он провел большим пальцем по моей нижней губе, а потом резко дернул на себя и поцеловал, так напористо, что я даже ахнуть не успела, когда его язык раздвинул мои зубы и проник внутрь. — Не сопротивляйся, малыш, тебе понравится, — произнес уверенно, оторвавшись от моих губ. — А теперь иди спать.

— Ч…что?

— Иди спать, Мира, — он наконец сделал несколько шагов назад, выпуская меня из своего плена, а потом развернулся и вовсе покинул кухню, оставив меня в полном недоумении.

Глава 3

Я точно стала неврастеничкой, потому что теперь дергалась на каждый маломальский звук в доме. Меня пугало такое настроение его владельца. Слишком быстрый разбег от милого парня до властного мужика, готового перекинуть меня на кухонный стол и отыметь во все дыры. Может я себя и накручиваю, принудительно доводя до такого состояния, но в его взгляде читался голод. Я понимала это и встречала уже раньше, в своей прошлой жизни, когда умела радоваться примитивным вещам и в клубах проводила больше времени, чем где бы то ни было еще.

Вся жизнь сосредоточилась у меня тогда в сфере развлечений, выпивки и парней. Концерты сменялись бесконечной чередой, алкоголь лился рекой, порой я не понимала, ни где я, ни с кем я. Что тоже не добавляет плюсов моей личности, скорее обрубает всякое желание меня понять. Тем более пожалеть. На последнее я не надеюсь и не прошу. Для себя все давно решила, приняла и живу дальше с грузом, давящим на шею, мешающим получить желанный кислород.

Не горжусь, конечно, своим поведением. Если бы в этой жизни можно было что-то поменять, я бы без вопросов вернулась назад, и начала все сначала. Правильно. Училась бы прилежно, старалась бы не огорчать родных, обязательно говорила бы им, как сильно люблю и ценю. И уж точно не срывалась бы с байкерами на ночные вылазки, не оставалась бы на ночь у парня, который по итогу оказался не очень достойным человеком: через неделю после всей ситуации бросил меня, не сказав и слова в поддержку.

"Они оказались пустым звуком. А ты, разрываясь от боли на миллион частей, была вынуждена проживать все самостоятельно, научилась дышать по-новому, когда грудную клетку сдавливает от адской боли, когда кажется, что кости ломаются одна за одной.

Ступала вперед по битому стеклу, истекая кровью. Но наперекор всему шла дальше. Уже сама.