Отбор с осложнениями

— Если в вас, конечно, осталась хоть капля человеколюбия, — кивнула Тереза. — Теперь вы в финале, а я — богатая женщина.

Эмма несмело улыбнулась, глянув на Вейрона снизу вверх.

— Ты тоже без поощрения от его величества не останешься, — продолжила Тереза. — Протащила мужчину в финал королевского отбора! Радуйся, детка, твоя карьера пойдет в гору! Ну и тебе, наверное, дадут какой-нибудь орден, — обратилась она к Вейрону.

— Пока что я рад и новому лифчику, — усмехнулся тот. Кто бы знал, о чем придется говорить командиру грозных воинов.

— Это мой, — игриво подвигала бровями Тереза.

— А плохая новость? — напомнила Эмма, ревниво глянув на выдающиеся формы женщины.

— Похоже, королевой нашему Ястребу не бывать, — вздохнула служанка. — Но я так думаю, лучшее — враг хорошего. Если бы он победил, я бы всю голову сломала, что делать с такой кучей денег. Это ж можно было купить целую улицу.

— То, что королевой я не буду, было ясно с самого начала, — заметил Вейрон.

— Но не всем, — возразила Тереза. — А сегодня Вилли полдня прогуливался по саду с красоткой Амалией, и перед тем, как расстаться, они держались за руки и смотрели глаза в глаза минут пять, не меньше.

— Финал еще не объявили, — заупрямилась Эмма. — Так что расслабляться рано.

— Остались три участницы, Вилли выгнал рыженькую, — напомнил ей Вейрон.

— А та перед отъездом расколотила все бьющиеся предметы в выделенных ей покоях, — вздохнула служанка. — Плохая из нее вышла бы королева. Так что скатертью дорога.

— Нам надо устроить прием для королевской семьи, — не сдавалась Эмма. — Если наша Бригитта там опозорится, ее могут исключить из финала.

— Не волнуйся, — отмахнулась Тереза. — Я помогу. Сделаю все в лучшем виде. Легкая музыка, вкусные закуски, уютная атмосфэра. Нашему ястребу останется только сидеть и улыбаться, — она посмотрела на его цветохрон и добавила: — Ну, или моргать.

— А вы не заметили чего-нибудь необычного в последнее время? — спросил Вейрон. — Я здесь не ради финала, смею напомнить. Плетка Селены все еще утеряна.

— Вроде бы ничего, — пожала плечами Тереза, — все спокойно, чинно-благородно.