Отбор с осложнениями

Вейрон вздохнул и, подойдя к ней, сел рядом — на лавочку в тени плетистых кремовых роз, запах которых пропитал, кажется, весь его цветохрон. Эмма насупилась и демонстративно сдвинулась на самый краешек.

— Куда-то Раума подевалась, — пробормотал Вейрон, разглядывая оставшихся невест.

Амалия и Милаша о чем-то болтали у фонтана, Паола сидела в беседке и яростно обрывала лепестки у алого бутона, попавшего ей в руки, а менталистки демонстративно игнорировали друг друга, по одиночке прогуливаясь по дорожкам королевского сада.

— Ее отсутствия ты не мог не заметить, — язвительно произнесла Эмма.

— Она заметная девушка, — кивнул Вейрон. — Не знаешь, куда пропала?

— Она сбежала после обеда, — нехотя ответила Эмма. — Вообще-то там произошло что-то странное. Раума проходила мимо, и Ирэна будто специально громко сказала, что скоро повторят проверку пальцем Пилона. Мол, кое-кто из невест пронес на отбор запрещенные артефакты, но королевские маги уничтожили их в купальнях. Но я успела спросить у Терезы — про Пилона Ирэна солгала, зато Раума пропала.

— Это я их уничтожил, — признался Вейрон.

— Что?

— Артефакты. Лишил вещи магической силы.

— Но зачем? Когда? — удивилась Эмма. — Я ведь не отходила от тебя ни на шаг.

— Ты рядом была, — подтвердил он. — Спала на лавочке. У меня не было времени разбираться, какой артефакт для чего, так что я просто выжег всю магию. Кстати, там были трусы, от который так и разило энергией.

— А Ирэна собирала на каждую невесту досье, — задумчиво продолжила Эмма. — Она могла знать, если Раума уже… ну…

— Да, я понял, — сказал Вейрон.

— Я решила попробовать метод Ирэны, — чуть смущаясь, призналась Эмма. — Завтра принц будет у озера, пойдет гулять с Милашей. Если он увидит, как Паола целует жаб, то это сразу его отвратит.

— Ты коварная женщина, Эмма Эжени, — улыбнулся Вейрон."

"— А ты… — она запнулась, подбирая слова.

— А я чувствуя себя виноватым перед тобой.

— Я тебя прощаю, — холодно произнесла Эмма.

— Это было бы не правильно. Посмотри на себя сейчас, ты как открытая книга. — возразил он. — Обижена на меня, и об этом знает весь дворец.

— Вот и нет! — возмутилась Эмма, повысив голос и разом привлекая внимание Амалии с Милашей. — Или… может быть…

— Твоя эмоциональность — это не плохо, — примирительно улыбнулся Вейрон, — но не для секретного дела. Хотя знаешь, я ведь пытался поговорить с тобой.