Близнецы от врага. Чужая тайна.

Неужели все было спектаклем?

Судя по тому, как Крестовский сейчас похлопывает Авдеева по плечу, да! Они вместе…

Мое дыхание учащается, а сердце выбивает ребра. Залетаю в уборную, где меня должна ждать Мика.

- Там Крестовский! – выпаливаю, едва успев закрыть за собой дверь и повернуть защелку.

- Что? – хлопает ресницами Мика.

Сестра лихорадочно стягивает с себя свитшот, принимается за джинсы.

- Они заодно! И вместе! – лепечу бессвязно, задыхаясь и глотая слова. – Уверена, они вдвоем все это провернули! Меня подставили, тебя, Алекса…

Я протягиваю ей свой пиджак, следом – блузку и юбку-карандаш.

- Вместе, то есть… - Мика играет бровями, а я киваю утвердительно. – Ой, теперь понятно, почему Крестовский на меня не клюнул, когда я его опоить хотела, - повышает тон. – А я переживала, что совсем форму потеряла, - игриво проводит по себе ладонью.

Невольно веду по ней изучающим взглядом. В моем костюме Мика похожа на меня внешне, но мимика и манеры выдают ее настоящую.

- Это все, что тебя волнует? – раздраженно шиплю. – Как теперь нам выкручиваться? Они оба в курсе, что нас две сестры! Крестовский тебя узнать может, ведь общался лично. Что делать?

Нервно приближаюсь к раковине, открываю кран и умываюсь ледяной водой. Легче не становится: щеки горят, а лицо пунцовое от волнения. Вижу в отражении Мику: спокойна, как удав, готовый заглотить свою жертву.

- Если подумать, это многое объясняет, - хмыкает сестра. - Они вместе все придумали, чтобы вынудить тебя родить им ребенка. Ради этого Крестовский заставлял меня подставлять тебя, потом отправил к Врагову. Это все психологическое давление. Если бы не парниша твой, ты вполне могла сдаться в итоге.

- Какие же они жестокие, - сокрушаюсь я. - Но зачем Крестовскому похищать близнецов?

- Что Авдеев тебе говорил? Не согласишься – заберет детей на перевоспитание.

- Это противозаконно!

- Он муж твой, сеструль. И всего лишь вернул бы детей домой, где вы пять лет вместе жили. Тебя бы тем временем по судам бы таскали за поляка. Представляешь, какая неблагонадежная мать? Со стороны Крестовского и Авдеева всего лишь очередной метод давления. Они зациклились на ребенке и делали все, чтобы получить желаемое.