Невинная для палача

Либо нотации читаешь, либо отцу звонишь. Что выберешь, а?

– Ты прекрасно знаешь. И я могу сама поговорить? Долго?

– Ничего лишнего не болтаешь, строго по плану. В порядке, жива, дохуя меня боишься. Три минуты у тебя.

– Спасибо!

– Будешь должна.

Я спокойно отмахиваюсь от этой угрозы. Пытаюсь точно вспомнить номер отца, но после Валид показывает мне книгу контактов. Там уже внесено. Только один отец.

Видимо, это специальный разовый телефон, с которого можно звонить. И связывается Валид лишь с отцом. Или ради меня это сделал?

– Куда? – мужчина рявкает, тянет обратно к себе на колени, когда я пытаюсь слезть.

– Подсказывать будешь? – ёрничаю, а сердце начинает колотиться. Как мне спокойно говорить, когда мужчина так близко? – Валид…

– Либо-либо, сладкая.

– Ты дашь мне спокойно поговорить? Не станешь мешать?

– Никаких подстав. Обещаю.

Но почему-то я не верю этой хищной довольной улыбке."

"Я замираю каждую паузу между гудками. Вот сейчас папа ответит. Или сейчас. Он же не станет игнорировать?

– Слушаю, – доносится из динамика голос отца.

– Что ты… – тихонько пищу, когда Валид забирает у меня телефон.

– Дело есть, Лащенов, – произносит тот, игнорируя меня. – Послушаешь?

– Выкладывай, что ты хочешь на этот раз, сукин ты…

– Папа!

Возмущаюсь, сама не понимаю, как вмешиваюсь в разговор. Но я никогда не слышала, чтобы папа ругался. И начинать не хочется.

Валид улыбается шире, обнимает меня под грудью. В его руках я чувствую себя увереннее. То, что Палач вмешался, даже хорошо.

Мужчина возвращает мне телефон, но включает громкую связь. Я не спорю. Понимаю, что он и так рискует, позволяя мне этот звонок.

– Саша? – голос папы переполнен недоверием. – Ты в порядке? Где ты?!

– Я… – сглатываю, когда Валид сжимает моё бедро. – Я в порядке, со мной всё хорошо. Ты не переживай, меня не… Не обижали.

Грудь мужчины трясётся, он посмеивается мне на ухо. Толкаю его локтем, щиплю за руку.

– Не волнуйся только, – прошу. – Хорошо? Я в порядке. Здорова. Никто меня не бьёт, не причиняет вреда. Мне дали позвонить…

– Почему? – голос отца подрагивает, садится. – Что… Что это чудовище потребовало за это?

– Ничего? Ничего! – повторяю для Валида. Смотрю долго, пока тот не кивает. – Поощрение за то, что я хорошо себя вела. Ну, не пыталась сбежать, не создавала проблем.

Валида теперь буквально трясёт от смеха.