Ненужная королева. Начать сначала

Даррен прохладно улыбнулся:

— Как надзиратель, присланный из Столицы, я имею право обязать Юджина снять рубашку. Прямо сейчас. И ты это знаешь. Если будет оказано сопротивление – я вправе отправить его в Столицу. К дознавателям. И от них уже никто и ничего не сможет скрыть. Выбор за тобой.

Глава 40

Понимая, что его загнали в угол, глава Эберли метнул на сына яростный взгляд:

— Раздевайся.

Одновременно с этим на небе полыхнуло, и после раскатистого грома на землю упали первые тяжелые капли дождя.

Юджин покраснел, но вовсе не от смущения. Он злился. Настолько, что руки тряслись, когда пытался справиться с пуговицами на аккуратном камзоле. Справился. Следом распахнул рубашку, оголяя гладкую грудь. Ни отметины.

— Видели, — торжествующе воскликнул Эберли, — нет ничего.

Хорошая попытка, но увы…"

"— Он не ту сторону показывает, — спокойно возразила я, — рана слева.

Юджен покраснел еще сильнее и замер, не торопясь показывать вторую часть.

— Я не понимаю, почему должен…

— Показывай уже давай! — выкрикнул мужской голос из толпы, — как девица не целованная мнется.

Парень возмущенно обернулся к отцу, но тот лишь коротко приказал:

— Показывай.

Медленно, словно через силу Юджин сдвинул край рубахи, обнажая левую часть груди. Чуть выше соска красовалась повязка, на которой выступали капли крови.

— Снимай!

Делать нечего. Пришлось подчиниться. Вне себя от возмущения он сдернул бинты, и все увидели след от укуса.

— Это собака, — буркнул Юджин.

— Что мы, по-вашему, совсем дураки? Человеческий это укус! — староста обличающе указал на него пальцем, — правду девчонка сказала!

Тут же поднялась волна яростных криков:

— Мерзавец!

— Наказать его!

— Совсем совесть потерял!

Под яростным напором толпы Юджин совсем стушевался. Схлестнул края рубашки и что-то невнятно бормотал.

Даррен, до этого молча наблюдавший за происходящим, поднял руку, призывая к тишине, и люди тут же замолчали.

— Что скажете, глава Эберли?

Отец опозоренного недотепы уже взял себя в руки и с тяжким вздохом произнес:

— Не досмотрел я.

И уехал, увозя с собой прихвостня-сына и городских стражников.

— Помог называется, — фыркнула хозяйка приюта, — пустомеля.

Дождь уж разошелся в полную силу.