Неоконченный портрет

— Вы на редкость очаровательная и желанная женщина, Эшли Мортимер, и столь же неповторимо талантливая, — пробормотал он, целуя ямочку у нее на подбородке.

Ага, значит, в ход пошла неприкрытая лесть ее таланту!

Освободившись из его объятий, она с досадой поняла, что он ничуть ее не удерживает. Мало того, он вовсе не собирается продлить поцелуй, а ведь ясно, что она не оттолкнула бы его.

Эшли отвернулась, возмущенная своим поведением и его хитростью, сбитая с толку тем, что так неожиданно сдалась.

— Послушайте, вы зашли слишком далеко, — решительно объявила она.

 — Мальчики сыграли свою шутку со мной днем, вы свою — вечером. Что ж, будем считать, что команда хозяев победила, и закончим на этом. Идет?

Она удалилась с непринужденным, насколько ей это удалось, видом, с трудом подавляя боль в мышцах и переполнявшие ее гнев и растерянность. Должно быть, это все влияние высоты, с отчаянием подумала она. Разумеется, приятнее считать, что всему виной головокружение, а не полная потеря здравого смысла.

Едва забрезжил рассвет, как в коридоре послышались голоса.

Стараясь не выдавать своего нетерпения, как того требовал солидный, почти тринадцатилетний возраст, Патрик осведомился через дверь, встала ли она. Потом Денни пропищал, что нашел классную наживку. Он был застенчивым, милым ребенком, не таким шустрым, как братья. Больше всего его интересовала островная живность — ползающая, плавающая, летающая. А вот Питер не постеснялся просунуть голову внутрь и ядовито напомнить ей, что опоздавшему к пруду придется самому возиться с приманкой. Потом они хихикали и шумно возились за дверью, шурша кроссовками.

Эшли заставила себя встать и поплелась в ванную. Через пятнадцать минут она уже приступила к импровизированному завтраку из бутербродов с ветчиной и сыром и молока.

— Вы ведь не станете дожидаться кофе и прочей ерунды, правда? — с надеждой спросил Патрик. — Зила потом чего-нибудь приготовит, если вы проголодаетесь.

Эшли допила молоко и завернула остатки бутербродов в салфетку, чтобы съесть по пути.

Только бы этот путь не был таким крутым и тяжелым, как накануне.

До небольшого пруда они добрались почти одновременно. Класть приманку в западню выбрали Питера. Пластиковый молочный пакет с прорезью, камешком-грузилом и приманкой в виде куска тухлого мяса качнулся на веревке и полетел в воду. Все четверо уселись на берегу и стали ждать. И в этом пруду, и в большом искусственном озере в полусотне метров отсюда водилось несметное множество бурой и радужной форели.