Недотрога для ректора. Академия Даркайна

– Друзья из Кэррей не пострадали, и единственный, кого ждут серьёзные неприятности – это сопляк Матиас за то, что подверг тебя опасности!

Последние слова он едва не прорычал, и я замотала головой так быстро, что прядь волос, закрывавшая разбитую скулу, взметнулась вверх.

– Подожди, что ты имеешь в виду? – взволнованно спросила я, недоумевая, чего это Орхард злится от одного упоминания Ринвуда-младшего. – Он же меня спасал!

Даррайн прислонился боком к перилам и, скрипнув зубами, неохотно пояснил:"

"– Когда я пришёл к твоей матери, она рассказала, что хотели от неё псевдо-последователи Залара.

Они требовали помочь с изготовлением сотни простейших артефактов, что усиливают и продлевают ароматы цветов. – В его голосе сквозила еле сдерживаемая ярость. – Пытались её подкупить, угрожали, обещали навестить её позже, но я увёл её в Школу.

Я помнила, что Орхард спрятал её здесь, но стоило только представить, как гады в чёрном угрожают маме, как пальцы мигом сжались в кулаки. Орхард, заметив мою реакцию, ободряюще коснулся моего плеча.

– Вместе с делегацией из Кэррей мы почти до конца разгадали план врага, но не знали, что во главе стоят Ринвуды. И после того, как сработали артефакты, я со стражей лишь на пару секунд отвлекся, чтобы разбить стёкла в зале и впустить свежий воздух, а ты уже пропала.

В памяти вспыхнули осколки воспоминаний: удушающий запах, тошнота, и чёрная пелена.

– И могла бы действительно погибнуть из-за глупых, хоть и благородных действий щенка Матиаса, – гневался Даррайн.

– К счастью, один из стражников заметил его и указал направление, плюс Фьюррану с воинами удалось провернуть трюк с переодеванием и влиться в ряды неприятеля. Мы с Аса Каем бросились на твои поиски, заодно словили организаторов. Теперь их ждёт суд и жестокое, но справедливое наказание.

– Но Матиас не хотел ничего плохого, – возразила я, чувствуя необъяснимую потребность защитить парня. – Он просто пытался помочь.

Лицо воина сделалось непроницаемым, как каменная маска. Желваки на его скулах красноречиво заиграли.

Мама деликатно кашлянула и поднялась, собирая чашки на поднос:

– Если вы не возражаете, я пойду заварю ещё чаю, – прощебетала она и ускользнула в дом, оставив нас наедине.

Тишина между нами звенела и наливалась тяжестью как грозовая туча. Я пристально всмотрелась в напряжённое лицо Даррайна, и внезапная догадка заставила меня ахнуть:

– Подожди! Ты что, ревнуешь меня к Матиасу?

– Ничего подобного, – проворчал он, отводя взгляд.