( Не) верный муж (СИ)

 — Я не хотела тебе пока говорить, потому что не уверена, что хочу оставить этого ребенка.

От ее слов я мгновенно впадаю в ступор. Замираю с букетом в руках.

Я не в силах даже моргнуть, настолько поражен тем, что услышал.

Мне так невыносимо больно от ее слов, что хочу зарычать. Как мать моих детей может даже допустить мысль об аборте?

Зато теперь я отчетливо понимаю, почему вижу в ее взгляде вину. Только вот оттого, что она чувствует себя виноватой, мне ни на грамм не легче.

Кладу букет роз на табуретку, что стоит возле двери.

Складываю ладони в молитвенном жесте и прошу сдавленным голосом:

— Я тебя умоляю, скажи, что ты сейчас пошутила. Ты ведь не можешь всерьез так думать. Ты не можешь пойти на аборт, я тебя не пущу!

Мария снова начинает злиться.

Она фырчит на меня с обидой:

— Считаешь, мне сейчас легко? С тех пор как я узнала о беременности, только и делаю, что думаю, как быть дальше. Это очень сложный выбор…

— Это очень легкий выбор, — говорю с нажимом.

— Рожай, и все?! — возмущается она пуще прежнего. — Действительно, проще простого… Так?

— Так, — киваю.

— Нет в родах ничего простого, Айк. — Она с шумом дышит. — И дальше в воспитании ребенка также нет ничего легкого. Это у тебя все легко: послал утром воздушный поцелуй и укатил на работу или в командировку. Вечером пришел, поужинал, закрылся в кабинете, и все у тебя просто. Ребенок — это огромный труд! Тем более это будет непросто в нашей с тобой ситуации, когда брак висит на волоске и я ни в чем не могу быть уверена.

Смотрю на ее возмущенное лицо и вдруг замечаю — она боится.

Прячет страх за злостью и возмущением, но определенно боится. От этого мне становится еще больнее. Моя жена не должна ничего бояться. Это ведь моя святая обязанность — обеспечить ей все условия, чтобы она спокойно рожала и растила моих детей.

— Я тебе все облегчу, — заявляю с жаром. — Маш, ты не будешь растить его одна, будешь со мной. Я тут сегодня вечером прикинул… Я тебе домработницу найму и повара тоже! Понимаю, ты все эти годы много тянула сама, трудилась, старалась для меня и детей. Не знаю, как я умудрился этого не заметить. Но я хочу все исправить, готов помогать, сам буду нянчиться, менять подгузники.

— Подгузники? — Мария издает нервный смешок.