(Не)пара

Зря я, да?

Она краснеет, опять кусает губы, до крови уже искусала, заламывает пальцы и никак не устоит на месте, барабаня пятками по земле.

Зря, говорит.

Да ты не представляешь, Гаврилова, насколько это не зря.

Хватаю дурочку за плечи и обнимаю крепко. Чувствую, как она расслабляется и выдыхает: сдается. Хер ей, а не прекратить общение. Даже если она замуж за Коваля выйдет — мне насрать. Меня никто не поддерживал так, как она, я не откажусь от этой дружбы, не побоюсь этого слова. Мать родная за всю жизнь столько поддержки не оказывала, сколько мелкая за месяц.

— Ты решил, что будешь делать? — мычит мелочь мне в грудь, и приходится отпустить, чтобы не задушить её.

— Неа, — качаю головой. Не стыдно признать, что боюсь. — Это охереть какая ответственность.

— Ну так и ты не безответственный, Тём.

— Думаешь? — смотрю на неё, вижу, что правда так думает. Стоит тут, как пингвинчик, головой кивает, а мне так тепло сразу на душе. Привык к ней, не хочу отпускать.

— Уверена, Тём. Все получится. Тебе же не на воспитание всех этих детей отдают, а на занятия спортом. Ты меня отлично тренировал весь месяц, моя задница выросла и больше не влезает ни в одни джинсы. Вряд ли, конечно, детям нужно это, но уверена, ты отлично знаешь, что именно нужно.

— А если племянник родится, то в команду его к себе заберу, — произношу мечтательно, потому что новость Ксю все ещё не даёт покоя, не вылезая из мыслей.

— Какой племянник? — спрашивает Лизка.

— Да сеструха у меня беременная. Только что вот узнал.

— Блин, Тёма! — коротышка подпрыгивает на месте и улыбается во весь рот, счастливая настолько, как будто это она беременная. Тьфу тьфу. Тьфу. — Тебе точно нужно соглашаться! Это как знак, понимаешь? Ты не знаешь, соглашаться ли тебе на детей, и сегодня же узнаешь, что у тебя сестра беременная. Тем, точно тебе говорю, что судьба это!

Малышка так уверена в своих словах и такая счастливая в догадках, что я невольно растягиваю губы в улыбке и киваю, соглашаясь.

Лиза обнимает меня, но почему-то очень резко отстраняется, опять покраснев. Странная она… Очень.

— Ну все, иди. Принимай предложение, сделай правильный выбор, — она на секунду смотрит прямо в глаза, а потом улыбается и отводит взгляд.

Захожу внутрь, и почему-то больше не страшно. Два дня прошли в мандраже, а сейчас дикое спокойствие.