Назад в СССР 4

Я недоуменно посмотрел на нее:

— Почему мы ушли? Клиент готов. Его осталось только дожать.

— Он ничего не скажет, — покачала головой Света. — Чтобы не замкнуться в себе, ему нужно немного переварить услышанное.

— Знатно ты его выбила из колеи.

— Это называется метод конфронтации. Нужно в лоб выдать аргументы оппоненту, чтобы у того возникло чувство безысходности. Сейчас пять минут ждем и возвращаемся.

— Зачем?

— Думаю, он уже будет сговорчивее.

Я повел плечами — пять минут, так пять минут, теперь уже мы ничего не теряем.

Звон и грохот донеслись из лаборатории. Я рванул дверь и заскочил внутрь. На сером кафеле пола среди опрокинутых лотков из нержавейки в луже собственной крови лежал Кузнецов. Через перерезанные вены на руках красными ручьями утекала из него жизнь.

— Не надо эксгумировать тела, — прохрипел он и закатил глаза.

Глава 11

Я подскочил к нему и зажал запястья, но кровь сильными толчками убегала у меня сквозь пальцы.

— Скорее! — крикнул я Свете. — Позови кого-нибудь! Нужна помощь!

Та побежала по коридору, заглядывая в кабинеты.

Но девочка стояла, зажав рот рукой, и в тихом ужасе хлопала глазами на истекающего кровью Кузнецова.

Застыла, словно памятник, даже звуков не издавала.

— Где жгут? — рявкнул я на нее. — Бинты есть?

— Я не знаю, — пролепетала девочка.

— Черт! В скорую звони. Быстро!

Я стянул с себя брючный ремень и попытался перетянуть запястье. Света зажала вторую руку Кузнецова. Молодец, не побоялась крови. Но тщетно. Порезы глубокие и многочисленные. Такой ощущение, что судмед рассек плоть до самой кости. Умеет, гад, с инструментом обращаться.

Рядом в луже крови сверкнул скальпель. Через несколько секунд он совсем утонул, а Кузнецов уже не дышал и обмяк. Я пощупал горло — пульса нет.

— Вот падла! — плюнул я, стаскивая с его руки ремень. — Сдох как пес. Но нам ничего не сказал. Что же он такого скрывал?"

"Света успокаивала врачиху и уже аккуратно вывела ее из лаборатории. Молодец. Смерти не боится. Кремень, а не девушка. Может, я что-то о ней не знаю?

***— Дело сдвинулось с мертвой точки! — Горохов мерил шагами кабинет, что выделили нам в Абаканском УВД, в старом корпусе.

Комнатка убогая, с единственным оконцем на уровне колен.