Нас просто не было. Книга первая

Не обращая внимания на мое нелепое сопротивление, он схватил меня за затылок, притягивая к себе и снова впиваясь в губы. Снова пытаюсь оттолкнуть, несмотря на клубок желания внутри. Он отстраняется на долю секунды, и серьезно глядя в глаза, чуть качая головой, говорит одно слово:

— Нет, — отключая здравый смысл, логику, инстинкт самосохранения и прочие несущественные глупости."

"Словно зачарованная подаюсь навстречу, тону в бездонной зелени глаз, теряя последние силы к сопротивлению. Теплые ладони скользят по коже, поднимаясь по внутренней поверхности бедер.

Не верю, что это происходит на самом деле. Какими-то остатками разума, не затуманенными бешеным желанием, понимаю, если попадемся, то скандал обеспечен такой, что и представить страшно. Отец за такую выходку от меня… от нас обоих и места сырого не оставит.

Надо останавливать это безумие. Снова пытаюсь отстраниться, но в этот момент чувствую, как его рука накрывает горячую промежность, легко поглаживая через кружево белья. Тело само выгибается навстречу, а с губ срывается стон, который он тут же ловит своими губами.

Чувствую, как легко отодвинув в сторону тонкую полоску ткани, раздвигая влажные складочки, в меня проникают его пальцы. Из легких выбивает весь воздух, и я теряю разум, когда начинает совершать медленные движения внутри меня, поглаживая, слегка надавливая. Запрокинув голову назад, цепляюсь за его плечи, забывая о том, что миг назад жаждала остановить его.

— Какая ты горячая, — хриплый шепот у самого уха, от которого мурашки по коже, — с ума сойти.

Я уже схожу, начиная двигаться ему навстречу, насаживаться на его пальцы. Зорин не пытается меня сдерживать, наоборот затрагивает внутри какие-то точки, от чего все тело ломит от сладкого предвкушения.

Краем сознания понимаю, что он отстранился, слышу, как брякает пряжка расстегнутого ремня, звук молнии, шорох одежды. Я нетерпеливо выгибаюсь, мечтая почувствовать его в себе, полностью.

Мне уже плевать на все: на то, что кто-то может войти, на возможный скандал, на все.

Кроме Артема никого не существует во всей Вселенной. Он рывком притягивает к себе, устраивается между моих ног, и несколько раз проводит головкой члена по разгоряченной изнывающей плоти. Не могу сдержать тихий стон. Хватит меня мучить! Подаюсь вперед, но он отодвигается, дразнит, заставляя ещё больше терять голову.

— Тём, — хныкаю жалобно, не в силах справиться с дыханием.

— Что? — в голосе бархатная усмешка.