Нас просто не было. Книга первая

Помню, тогда не удержался, сгреб в охапку, не смотря на все колючки, закружил на виду у всех, в макушку поцеловал, наслаждаясь ароматом мягких волос.

Вот она тогда рассердилась! В первый раз вывел ее на эмоции, пусть хоть такие, яростные, кипящие, плевать. Главное, что не арктический холод.

С тех пор, при каждом удобном случае тискал ее. Все вокруг ржали, думая, что я над ней прикалываюсь, а на самом деле мне просто до жути хотелось прикоснуться к ней, вдохнуть ее запах, почувствовать гибкое тело в своих руках.

Безумие.

Как сопливый молокосос, никогда в жизни баб не видевший. Кому расскажи — засмеют.

Был период, когда встречался с Юлькой. Там стало немного полегче. Веселые дни, безумные ночи и нет ни времени, ни желания думать о Кристине. Я и не думал, почти… Отношений хватили месяца на четыре, потом Юлька сказала, что с нее хватит. На мой вопрос, что ее не устраивает, сердито ответила, что надоело быть запасной, что я постоянно мечтаю о ком-то другом.

Бл*я, неужели это так заметно?

Еле дождался января, чтобы восстановиться и заново начать третий курс с весеннего семестра.

Опять началась веселая студенческая жизнь. Все, как и раньше — студклуб, спорт, ночные гулянья и мирный сон на первой паре за последним столом в аудитории, ну и конечно она. Моя идея фикс.

Видел ее почти что каждый день, и уже даже не пытался держать себя в руках. Всю истискал. При первой же возможности хватал ее как пещерный человек. Дебил, иначе и не скажешь.

Она злится, всем вокруг весело, а у меня кишки сводит, оттого, что хочется большего, гораздо большего.

Вот на хр*на мне весь этот геморрой сдался? Завис на ней, закоротило. Никак не мог понять, чем зацепила. Да, красивая, не поспоришь! Но в универе таких красивых десятки, и среди них более сговорчивые есть, а свихнулся именно на ней. Из-за того, что игнорирует что ли? Или потому что вместо мозга говорит то, что ниже пояса?

Х*р разберешь. Дебил, в общем, и этим все сказано.

Чем еще кроме красоты зацепить могла? Характером? Я вас умоляю! Пиночет в юбке!

Прозвище «Стервь Белобрысая» с легкой подачи Андрюхи так за ней и закрепилось.

Холодная, высокомерная, резкая на язык. Ни доброты нет особой, ни отзывчивости. Одна наша первая встреча чего стоила, когда все стадо первокурсников пошло по ложному следу, а она, зная, где эта триста пятая, равнодушно смотрела им вслед, не думая останавливать. Сама никого не трогала, но если кто-то смел ее задеть, то все, туши свет. Пройдется по слабым местам так, что хоть стой, хоть падай.