На стадии развода

Подумать только! Какая наглая, разбалованная, дерзкая! Берегов не видит! Не надо было разрешать сыну жениться на дочери Шамаевых! Где были их глаза?! Только с виду миловидная, а внутри…

Додумать не успела, зазвонил телефон.

— Да! — Руфина не глядя приняла вызов, думала, это сын.

Но услышала совсем другой голос.

— Здравствуй, Руфина.

Звонила Альбина Шамаева. Мать Альберта быстро взяла себя в руки и растеклась улыбкой.

— Здравствуй, Альбина, давно не виделись. Как у вас дела.

— У нас хорошо, — безмятежно проговорила Альбина.

— Да, — выдавила та, кусая губы. — Альберту пришлось уехать в командировку, он просил меня позаботиться об Алиночке. Я зашла проведать.

— М, — безмятежный разговор продолжался. — Ты говорила, что врача ей хочешь вызвать? Случилось что-то?

У женщины от нахлынувшей паники глаза на лоб полезли. Ничего подобного она не говорила! Значит, уже донесли.

— Э… Нет, все хорошо, я просто… — быстро забормотала Руфина.

— А я слышала, у вас уже радость есть, — неожиданно сказала жена Алишера. и вдруг спросила: — Ты помнишь Райсу?

— К-какую Райсу? — переспросила Руфина.

И тут она вспомнила. Это же была громкая история! Алишер тогда без жалости расправился с целой семьей, потому что они посмели что-то не так сказать о его дочери. Вай-вай… Хотела что-то ответить, но от страха свело горло.

На этом разговор прервался.

Руфина закатила глаза и обессиленно привалилась к стене, понимая, что это конец. Ее сын идиот.

***

После этого Альбина пошла в кабинет к мужу.

Только вошла, он взглянул на нее. По глазам поняла, что он уже все сделал.

— Алишер? — спросила тихо. Столько лет прошло, а она все еще робела перед этим мужчиной.

— М? — он перевел взгляд на нее и тут же сместился в кресле. — Подойди.

Альбина подошла, встала рядом, глядя на него.

— Что теперь будет?

Он смежил веки и кивнул.

— Все будет хорошо. Теперь мы можем ехать. Уже решила куда? Скажи Алсу, пусть собирается. Какие там свои игрушки она хочет взять с собой.

Ох, это было так непривычно, радостно, но Альбина беспокоилась — дочь останется тут одна."

"— Во-первых, не одна, — понизив голос, сказал муж, а в глазах мелькнула хитринка. — А во-вторых, Алине некогда будет скучать, у нее теперь есть работа.

***

Работу Алина готова была проклясть.