Ловушка в библиотеке

Голоса жителей «Олимпуса» гремели над спортивной площадкой, а в парке было относительно тихо, не считая пения птиц и громкой ссоры какой-то парочки за кустами в районе качелей.

За эстрадой снова было пусто, Четвёрка пролезла в проём под сценой. Свет проникал через многочисленные щели между досками, и воздух был уютно расчерчен солнечными лучами.

– Так, это были мои стикеры. Которые вчера стащили. Они у Дианы. Это же прямая улика! – Виола кипела возмущением. – Я эту выскочку поставлю на место!

– Нет, – покачала головой Роза.

– Особенно то, зачем она решила укокошить собственного братца, – вмешался Люк. – Если это она всё…

– Ссоры между сиблингами – частое дело, – сказал Артур, у которого не было ни сестры, ни брата. – Может, она мстит за что-то нам и заодно Эмилю. Он такой нудный с виду, я её понимаю.

Роза вскинула брови и многозначительно посмотрела на Артура. Люк потерянно спросил:

– Сиблингами?

Артур не отводя взгляда от Розы ответил:

– Родные братья и сестры.

– Думаем, что Диану нужно поймать с поличным. – Виола содрогалась при мысли о том, что её драгоценные стикеры по сериалу «Я всегда да» раздарили малышне.

– У неё может быть мой ободок, – сказала Роза, – и блокнот Люка.

– Ты предлагаешь обыскать её вещи? – Артур в очередной раз восхитился Розой.

Раньше он не обращал на неё внимания, потому что был влюблён в Луизу Отто из школы. Но та оказалась противной, а Роза смелой и решительной, а теперь ещё и сказала, что у неё есть парень… Мысль об этом жгла солнечное сплетение, но Артур ещё был очень далёк от того, чтобы понять, что это значит. Просто они вроде как друзья, почти всё свободное время проводят вместе.

– Надо идти к Дубу. Пусть разбирается. Хотя бы сказать об украденных стикерах.

– Ты прав. А потом пойдём и найдём другие наши вещи, – согласилась Виола. – Ой, погодите. Слышите, поют? Это хоровой кружок так собирает своих на занятие. Не хотела бы я им попасться, они такие настойчивые!

Совсем рядом кто-то принялся разговаривать, Четвёрка услышала:

– Нет-нет, я пойду!

Потом всё стихло.