Люблю тебя врагам назло

Цветы, угощения, музыка — она получала истинное удовольствие от обсуждения этих тем. А вот я уже готова была застрелиться. Почему она не понимает, что мне ее свадьба интересна далеко не так, как ей самой?

Никогда не любила людей, которые не способны поговорить ни о чем другом, кроме интересующих исключительно их вещей. Вести диалог только о свадьбе, муже, детях или работе — ментальное насилие над собеседником.

— Кстати, знаешь группу ""Абракадабра""? — спросила сестра.

В моей памяти что-то шевельнулась.

— Вроде слышала, — отозвалась я.

— Они сейчас популярны среди молодежи, — со знанием дела пояснила Белла. — Вчера организатор подписала с ними договор, так что ребята будут петь на моей свадьбе.

— Круто, — улыбнулась я, радуясь тому, что не придется весь вечер слушать одни только звуки арфы.

Сестра посидела у меня еще полчаса, а потом ушла делать уходовые процедуры для лица перед сном. ""Очищение, тонизирование, увлажнение,"" — как мантру повторяла она.

Надо признать, что столь внимательное отношение к своей внешности давало плоды. Кожа у Беллы и правда была идеальная. А вот я, часто пренебрегающая базовыми принципами ухода, страдала от периодических высыпаний и не имела такого сияющего лица.

Но сейчас это волновало меня меньше всего. Во время общения с сестрой в моей голове зародился дерзкий план, и я еле дождалась ее ухода, чтобы воплотить его в жизнь.

Шел десятый час. Я сообщила домочадцам, что хочу сегодня лечь пораньше, и пожелала всем спокойной ночи.

Затем я оделась и открыла окно. Морозный мартовский воздух тут же обдал мое лицо. Не знаю, что на меня нашло, и с чего я сделалась такая безбашенная, но от задуманного я отступать не собиралась.

Как-то пару лет назад мне уже приходилось вылезать из своей комнаты через окно. Тогда дверь заклинило, а я опаздывала на важную контрольную первым уроком.

Я туго обвязала ручку окна изнутри плотными колготками, затем вылезла нуружу, держась за подоконник, чтобы не упасть. Поймав равновесие, я обвязала трубу, проходящую в полуметре от моего окна, вторым краем колготок.