Музейный артефакт

На этот раз он сидел как влитой! К тому же от него исходило приятное тепло, мгновенно согревшее все тело. Инстинктивно юноша поднес руку к самым губам, поцеловал перстень, тихо, но страстно произнес:

– Помоги мне, великий!

Он не знал, к кому обращается, да сейчас ему это было и не важно.

– А убийца Гершам пусть сгорит в геенне огненной! – добавил он свою затаенную мечту. – Выполни мою просьбу, и я буду твоим верным слугой!

По развалинам овчарни пронесся порыв ветра. Камень налился красно-желтым светом, который на миг осветил помещение.

Исчез страх, растворилось в ночи чувство беспомощности и обреченности. Имя Кфир означает «Львенок», лев на перстне его родственник и покровитель, значит, ему ничего не угрожает! И у него есть кинжал, про который он совсем забыл!

Юноша поспешно развязал дорожный мешок, сунул внутрь руку и сразу нащупал витую рукоять.

– Он здесь! – крикнул кто-то снаружи. – Иди сюда!

Желтое пламя металось уже в проеме двери. Прижимаясь к стене, Кфир бесшумно двинулся навстречу. Громоздкая черная фигура с поднятым факелом шагнула через порог. И в тот же миг острый клинок поразил ее в живот. Раздался дикий крик, совсем близко Кфир увидел лохматые волосы, выпученные глаза, искаженные болью и страхом черты… Он узнал ненавистное лицо – это был Гершам!

Ярость замутила разум.

– Получай, сын свиньи!

Клинок вонзился Гершаму под кадык. Тот захрипел, из оскаленного рта брызнула кровь. Кфир отшатнулся, и только что сильный и грозный Гершам качнулся вперед и как тяжелый мешок шумно повалился на грязный пол овчарни. Факел, рассыпая искры, откатился в угол, тряпье и ветки вспыхнули, голодные желтые языки быстро разбежались во все стороны в поисках все новой и новой пищи.

Перешагнув через труп, Кфир выскочил на улицу, и вовремя – в овчарне бушевало пламя. Напарник Гершама в накинутом капюшоне стоял рядом с дверью. Пламя пожара отражалось в каком-то предмете, висящем на груди. Увидев беглеца, иудит поднес руку ко рту – две резких трели разнеслись далеко вокруг. И тут же со стороны дороги эхом отозвались другие свистки. Послышались возбужденные крики.