Музейный артефакт

Дворец великолепен, сад огромен и прекрасен: благоухающие деревья, журчащие фонтаны, дарящие прохладу, тенистые беседки, певучие птицы и прекрасные девы… Это настоящий рай! Именно так я себе его и представляю.

Старец Горы усмехнулся и снисходительно похлопал крестьянина по плечу.

– Помни вековую мудрость наших предков: «Лик истины может быть некрасив, только ложь всегда прекрасна»!

– Что ты имеешь в виду, о повелитель? – Кийя обескураженно почесал в затылке. – Твоя образованность застала мой заскорузлый разум врасплох…

– Не важно.

Я пришлю человека, которому красивая ложь должна заменить горечь истинной потери. Подготовься хорошо к его приему…

– Я готов, о повелитель!

Он снова попытался склониться в поклоне, но жилистая рука Старца Горы помешала ему это сделать.

– Оставь пустое, мой друг, я тебе полностью доверяю. Подобрал ли ты моего очередного двойника?"

"– Пока нет, о повелитель… Никто не может сравниться с тобой благородством облика, уверенностью манер и властностью осанки…

Шейх поморщился.

– Все это не важно! Нужно подобрать простолюдина, подходящего по росту и телосложению.

Отрастить бороду нетрудно, остальное довершат мои гримеры и одежда. А если он все же не подойдет для вознесения на небо, то станет «говорящей головой»!

– Я утрою усилия, о величайший!

Шейх дружески потрепал его по щеке.

– Я не сомневаюсь в тебе, мой друг! А сейчас давай подкрепим свою духовность бренной земной пищей…

Он хлопнул в ладоши.

* * *Когда Наставник сообщил, что лучезарный ибн Саббах осчастливит его своим личным приемом, сердце Фарида учащенно забилось: он ожидал какого-то проявления милости, но не столь великой… Процедура была обставлена целым рядом сложных церемоний.

Ему выдали новую одежду вместо испачканной на испытаниях. Потом Наставник вывел его к восточной башне, которую охраняли огромные нубийцы в шлемах, кольчугах, со щитами, копьями и обнаженными кривыми саблями. Здесь ждал Абу ибн Шама, он повел молодого фидаина по лестницам и извилистым полутемным коридорам, освещенным коптящими факелами, закрепленными на стенах. По пути они проходили многочисленные посты стражи. Узнав даи аль-кирбаля, воины раздвигали скрещенные копья, и они шли дальше. В последнем коридоре, у кованных железных ворот, начальник школы фидаинов остановился.

– Никто из простых смертных не попадал в эту часть крепости, – непривычно доверительным тоном сообщил ибн Шама. – Даже я был удостоен этой чести только однажды!

– Благодарю вас, даи аль-кирбаль! – склонился в поклоне Фарид.