Музейный артефакт

Его слегка покачивало, вытянутая вперед рука ходила из стороны в сторону.

– Те, другие, они как будто прозрачные были…

План закончился. Дальше надо было действовать по обстановке. Раньше он бы просто бросился бежать, может, дал бы неожиданному свидетелю по башке. Но сейчас он понял – сторож видел его лицо! Значит, оставлять его нельзя…

– Какой я настоящий? – дружески улыбнулся он, приближаясь к Сергеичу. – Я у тебя в башке! Твоя пьяная галлюцинация я!

– Ик… Раньше они не разговаривали…

Удар был короток и на удивление точен.

Вышел он тем же путем, что вошел – это золотое правило опытного вора. Правда, пришлось взломать еще и дверь угольного погреба, но это не составило труда.

«Как можно держать невиданные богатства за такими хлипкими преградами? – недоумевал он.

Удивляясь халатности властей и проклиная белые ночи, которые никак не годятся в помощники вору, Студент пересек Дворцовую площадь и вышел к мосту через Мойку.

За углом, как и договаривались, стоял «Москвич»: горбатый силуэт зыбко проглядывал в белесой мгле. Внутри слабо тлели огоньки папирос – один впереди, второй сзади. А чего они так сели? Два кореша ждут с дела третьего, перетирают о том о сем, нервничают… Чего бы им не сидеть рядом?

И вдруг в мозгу словно щелкнуло: грохнуть они его собираются, потому так и сели! Гнилое это дело, ох гнилое! Десять тысяч новыми – бабки большие… Козырь вначале две отщипнул, потом сказал – десять заплатит… Но если так, тогда, выходит, что всю подготовку они забесплатно провели? А подготовка серьезная… И бесплатно? Не-е-ет, так не бывает! Это он забесплатно сработал… Да еще жизнью своей должен доплатить!

Студент обернулся, будто проверяясь, а сам незаметно вынул из кармана долото и сунул за пояс, под рубашку.

– Садись с Веслом, а то тесно, – пробурчал Шут. От его обычной веселости не осталось и следа.

– Ничего, разместимся. – Студент плюхнулся рядом, оказавшись за спиной Весла.

Шут недоуменно подвинулся.

– Ну, что? – нетерпеливо выдохнул он. – Взял?!

– Конечно! Вот! – Студент поднес кулак к лицу подельника. Перстень оказался прямо перед приплюснутым носом с широкими ноздрями.