Любовь без обязательств (СИ)

Его природная вежливость и сдержанность – это то, чего, наверное, мне не хватало. Он словно всегда на шаг впереди обстоятельств. Помимо этого, у него отличные манеры.

Он мне действительно нравится. Искренне."

"Собравшись поздним вечером, выезжаем обратно в город. Рядом с моим подъездом темно и пусто, машина подъезжает к самому входу и Арсений разворачивается ко мне, заглушив двигатель:

- Спасибо за выходные.

- Тебе спасибо. Я отлично провела время, давно так не веселилась.

Он внимательно разглядывает мое лицо и берет за руку.

- Я тебя не тороплю. Но хочу, чтобы ты знала. Френд-зона – это не совсем то, на что я в итоге рассчитываю. Ты очень сексуальная красивая девушка, но я готов ждать. Пока будешь готова ты.

- Поняла, - улыбаюсь и наклоняясь целую его в щеку на прощание. Нос тут же покалывает от приятного мужского запаха его кожи и лосьона для бритья. Этот запах не отталкивает, но и не вызывает каких-то бурных реакций в груди.

- Напиши, как зайдешь в квартиру.

- Хорошо.

- Я позвоню завтра, если будет время между заседаниями.

- Конечно. Буду ждать. – заверяю его и выхожу из автомобиля.

Открыв дверь в квартиру, тут же пишу ему смс и получаю ответное:

«Ок. Сладких снов, принцесса»

Быстро разбираю вещи из сумки, принимаю душ и забираюсь в кровать. Перематываю прошедшие выходные в голове, пытаясь заглушить тоску, которая всегда приходит ночью в этой постели, где спал он...

Тоску и одиночество.

Глава 29.

Ноябрь пролетает незаметно и остается самым неоднозначным месяцем на моей памяти.

Во-первых, это связано с моей работой у психотерапевта Анны Владимировны, и тем, что мы начали работать с темой моих родителей.

Долгие годы мне казалось, что я совершенно спокойно реагирую на то, что происходило со мной в детстве. Рассказывая о нём другим, все время удивлялась их реакции и злости на мать с отцом. Потому что для меня это было обычно.

Данность.

Это моя жизнь. Она такая и другой я не видела.

Как мы выяснили, под своей неуверенностью и принятием я скрывала тонну грязи, злости и непонимания, почему именно со мной это произошло. До двадцати восьми лет я просто прикрывала эти чувства тем, что это якобы нормально.

Нормально не любить своего ребенка.

Нормально не интересоваться своей дочерью.

Нормально принять чужую точку зрения и жить с этим.

Последнее может и правда, но это должно быть осознанным решением. К которому я теперь стремлюсь.