Любовь без обязательств (СИ)

Знакомлю со своей небольшой, но очень уютной квартирой, состоящей всего из двух комнат, гардеробной и просторной кухни. Показываю ванную комнату."

"С выбором жилища я определилась сразу, как попала сюда. Ни секундочки не сомневаясь. Почувствовала, что моё. Сразу внесла накопленный за несколько лет первоначальный взнос и оформила ипотеку.

Достаю чистое постельное и полотенце из шкафа. Оля щебечет без умолку. Рассказывает о родителях, учебе, предстоящей практике. Мы мало общались, и я практически ничего о ней не знаю.

Внутри разъедает мысль, что и знать особо не хочу. Она для меня олицетворение моих неудач. Мой вечный антипод.

Её любить можно - Меня нельзя. Эта данность.

- Покажешь мне город завтра? – спрашивает дружелюбно, выходя из ванной комнаты в пижаме.

- Нет, меня не будет в выходные. Оставлю тебе ключ и свой старый телефон.

- А куда ты поедешь? Можно я с тобой?

- Нет, - говорю ровно. – Я буду не одна.

- У тебя что парень есть?

Устало вздыхаю, отвернувшись.

Я не хочу сближаться. Мы не чужие по крови, но близкой она мне никогда не станет.

- Спи, - говорю, выключая свет.

*

Утро встречаю в отличном настроении.

Собираю дорожную сумку с теплыми вещами. Надеваю бежевые легинсы с коротким топом в цвет. Волосы собираю в высокую шишку, выпустив пару прядей у лица. Макияжем решаю пренебречь. Цвет кожи, благодаря моему косметологу, не нуждается в коррекции.

- Ты уже уезжаешь? – заходит на кухню Оля, когда я допиваю кофе после завтрака.

- Да, доброе утро.

- Жалко, - тянет она печально.

- В холодильнике есть продукты. Приготовь себе что-нибудь.

Сестра скромно улыбается, словно стесняясь.

- Что? – спрашиваю раздраженно.

- Я не умею готовить. Вообще.

- В смысле?

Я в шоке. Ей почти двадцать два.

- Мама всегда готовит. Я как-то и не старалась научиться.

- Значит, время пришло…, - резко говорю, громко отставляя кружку.

Я злюсь. Не хочу. Но злюсь.

Боже.

Я хотела просто чуточку любви.

Приготовление пищи – это то, что я делаю лет с девяти. Бабушка тогда простыла и даже встать с постели не могла от слабости. Мне надо было кормить её и самой не умереть от голода. Никогда не забуду, как разделывала первый раз сырую курицу на бульон. Ревела навзрыд. Просто давилась слезами. Потому что это было очень неприятно и мерзко.