Крымский оборотень

Таков расчет, и он обязательно должен оправдаться.

Зал, где Никита должен был играть, располагался в подвале какого-то огромного дома. В зале было жарко и душно, и Никита почти моментально вспотел. Пот заструился у него под рубашкой, вспотели лицо и шея, а главное – руки, в которых предстояло держать кий.

– Ну и жарища у вас! – заметил Никита какому-то посетителю. – Дышать нечем!

– Так ведь Баку! – пожал плечами посетитель. – Здесь всегда так. Юг! Лето!

Начали играть. Пот застилал Никите глаза, кий то и дело предательски скользил и вертелся в руках.

– Проиграл! – трагически сообщил Никита Пахомычу, вернувшись в какое-то подобие караван-сарая, где они сняли себе жилье. – Просадил кучу денег!

– А что так? – самым невинным голосом поинтересовался Пахомыч.

– А! – махнул рукой Никита.

– Так ведь и у соперника кий также, наверное, скользил и вертелся, – пожал плечами Пахомыч. – Почему же он выиграл, а ты проиграл?

– Ну, наверное, он к такой жаре привычный, – неуверенно предположил Никита. – А я-то в первый раз в таком пекле!

– Вот! – торжественно поднял палец Пахомыч. – Так оно и есть! Я тебе скажу больше. Думаю, они там специально организовали такую духоту.

– Это как так – специально? – недоуменно спросил Никита. – Зачем?

– А затем, чтобы ты проиграл, – пояснил Пахомыч. – И, наверно, еще кто-то – такой же зеленый, как и ты. Жара – это один из приемчиков, понимаешь? И ведь все вроде бы честно, так что не подкопаешься! Ну, жара… На то он и юг. Но тот, кто к такому приемчику готов, – он и выигрывает. Ты вот оказался неготовым…"

"– Так почему же ты меня не предупредил, коль ты все это знал? – удивился Никита.

На это Пахомыч ничего не ответил и лишь многозначительно улыбнулся.

– Так ты что же, сделал это специально? – еще больше удивился Никита. – Но зачем?

– А чтобы ты понял, что ты значишь без Пахомыча, – самым спокойным тоном произнес Пахомыч. – Чтобы до тебя дошло, что без Пахомыча ты – никуда. Что там жара! Знаешь ли ты, сколько других шулерских приемчиков существует у бильярдистов! Вот видишь, ты не знаешь. А я знаю.

– Ну, ты и гад! – со злостью вымолвил Никита.