Красная королева (СИ)

Герцог вздохнул, помолчал, обдумывая что-то, и, наконец, решительно произнес:

— Именно поэтому, ваше величество, я завел разговор заранее. Смотрите… — суховатым пальцем с крепким, чуть искривленным ногтем герцог подчеркнул два первых имени в столбике. — Вот эти двое — самые главные претенденты. Барон Ференц приходится мне ближайшим кровным родственником. Он внук моей троюродной сестры. Беспутный мот, игрок и пьяница. Дважды был женат, сейчас вдов. Три дочери воспитываются в монастыре, наследника нет. Земли в полном упадке, долгов у него больше, чем стоят все угодья.

Следующий за ним: барон Валонски. Все то же самое, только дочерей две, и воспитываются они у родственников по линии его покойной жены. Следующие имена — те, кто наследует за этими баронами. Если бароны умрут раньше меня, их наследники не смогут претендовать на мои земли. Здесь еще три женщины, но они также не смогут наследовать герцогство.

Тема получалась… сложная получалась тема. Я боялась ошибиться и оскорбить герцога своими предположениями.

Однако, дав мне время осмыслить информацию, де Сюзор прямо посмотрел мне в глаза и сказал:

— Повторяю, ваше величество: если они умрут раньше меня, то не останется даже наследников третьей линии. В таком случае вы, как мой сюзерен, будете иметь право решить судьбу земель.

Я молча кивнула, принимая его решение, и спросила:

— Герцог, остальные… Что делать с ними?

Герцог ответил сразу и четко:

— Я был бы благодарен, моя королева, если бы вы побеспокоились о женщинах и детях.

Вот здесь, — он выделил еще три фамилии, — в этих семьях по трое-четверо детей. И они не просто не богаты, а практически нищие. Они не смогут дать детям ни нормальное образование, ни шанса на хорошую судьбу.

Мне было до слез жаль старика. Подойти к концу жизненного пути с осознанием, что тебе некому передать собранные за годы мудрость, знания, земли и даже просто деньги — это ужасно. Мне казалось, что это разбивает душу герцога, но он, заметив мои повлажневшие глаза, хмыкнул и напомнил:"

"— Ваше королевское величество! Десять лет назад я сказал вам, что мое истинное дитя — это Луарон.

Я долго шел к принятию этой мысли, но сейчас, на закате, я еще яснее вижу, как герцоги рвут страну на части. И только королевская власть — то, что удерживает Луарон от развала. Я назначу вас душеприказчиком, и пусть эти земли отойдут под вашу руку.

— Нет-нет… — заметив, что я хочу возразить, он не позволил мне открыть рот.