Кошмарных снов, любимая

На душе стало так судорожно больно от переполняющего ее счастья, что хотелось рыдать.

– Что с тобой? – удивленно спросил Брент, заметив, что по ее щеке ползет слеза.

Джесс тотчас смахнула ее.

– Ничего. Просто…

– Я сделал что-то не так? – испуганно спросил он. – Я сделал тебе больно?

– Нет, – улыбнулась Джесс. – Что бы ты ни делал – мне будет только хорошо.

Она сильнее прижалась к его плечу, поцеловав мимолетом. Он лишь осторожно гладил ее по обнаженной спине, с которой сползла простыня.

Их идиллию прервал телефонный звонок.

– Твой мобильный, – шепнул Брент. – Возьми.

– Не хочу, – шепнула Джесс, в нетерпении обнимая его. – Пошли все… Хочу только тебя.

– Возьми, моя сладкая. Нехорошо, если это родители.

– Я – горькая, – улыбнулась Джесс, села и, дотянувшись до прикроватной тумбочки, все же взяла телефон.

– Слушаю, – сказала она.

– Как дела, Кэнди? – весело спросил знакомый мужской голос.

– Вы ошиблись номером.

– Нет, сладкая, не ошибся.

– Вы это… мне? – спросила Джесс в какой-то странной нарастающей панике.

– Тебе, Кэнди, – подтвердил голос.

Но теперь он доносился не из телефона.

Человек, который звонил ей, находился в комнате.

Джесс в страхе оглянулась. На окне сидел тот чудовищный человек с темными волосами и лиловыми глазами, так отчаянно похожий на Брента. Он закинул ногу на ногу и улыбался так широко, что казалось, губы вот-вот порвутся.

– Вы?.. Как?.. – только и сказала она и перевела взгляд на Брента.

Он был уже мертв.

Лежал неподвижно – в луже крови. Из его живота торчала рукоятка ножа.

Джесс похолодела."

"Ей показалось, что что-то внутри нее раскололось надвое. Как льдина.

А может, она и вовсе перестала существовать.

Брента не стало – и ее тоже не стало.

– Нет, – прошептала она в отчаянии, бросаясь к его телу и хватая за теплую еще руку. Руку, которая недавно дарила ей ласку. А теперь неподвижную. – Нет… Нет. Нет! Нет!!!

– О да, – произнес гость с удовольствием.

Воспоминания обрушились на Джесс ледяным водопадом.

Воспоминания убивали ее – волна за волной.

Воспоминания уничтожали не только Джесс, но и ее мир.

– Лучше меня, меня убей! – закричала она, переплетя свои – живые – пальцы с пальцами Брента.

Брови мужчины удивленно приподнялись.

– Могу и тебя, – пожал он плечами.

Брент стал таять. Джесс закричала. Она до последнего хваталась за его теплые еще руки – пока он окончательно не исчез.

На кровати остались лишь кровь и нож.

И воспоминание.