Хочу тебя навсегда

Когда я возвращаюсь в спальню, то Яр уже лежит в кровати и смотрит в телефон. Чёрные брови сведены к переносице. Когда он раньше так делал, то я любила разглаживать его морщинки кончиками пальцев. Сейчас даже помыслить не могу о том, чтобы к нему прикоснуться.

Я опускаюсь на пустующую половину кровати и ужасаюсь. Она выглядит меньше, чем показалась с первого взгляда. Расстояние между нами с Яром не больше двадцати сантиметров. Мы можем касаться друг друга во сне и от этой мысли становится не по себе.

— Валентина предлагала принести ужин, — обращаюсь к Ярославу.

— Нет. А ты?

Он отрывает взгляд от телефона и строго смотрит на меня. Злится, что я сравнила его с отчимом?

— Не хочу, — отвечаю Жарову.

— Тогда спи.

Я киваю, отворачиваюсь к нему спиной и кутаюсь под одеяло. Несмотря на сумасшедший день быстро уснуть не получается. Я слышу каждый шорох и каждый звук. Яр шумно вздыхает, откладывает телефон на тумбу. Скрипит кровать. На улице не прекращаясь идёт дождь. Наверное, в конце концов, именно он меня и убаюкивает.

Мне снится наш с Верой обычный день в Торонто. Мы гуляем в парке, кормим птиц. Стоит солнечная жаркая погода, но внезапно начинает идти снег. Я в летнем сарафане, а для дочки откуда-то находится теплый комбинезон. Усадив Веру в коляску, быстрым шагом качу её по широкой аллее. Ноги утопают в снегу, мне холодно. Ноги в босоножках коченеют, а руки превращаются в ледышки.

Я открываю глаза и не сразу понимаю, где нахожусь. Темно, в окна барабанит дождь.

Глава 15

* * *Тепло. Теплее. Жарче. Вот так, да.

Когда меня обнимают сильные руки — становится значительно лучше, но не настолько, чтобы вновь отодвинуться на свой край кровати. Голова ватная, пустая. Я ни о чём не думаю. Только мелко дрожу и прижимаюсь губами к шее Ярослава. Намертво цепляюсь пальцами в ворот его халата, веду губами выше — к подбородку. Он колючий, но всё равно безумно приятно касаться.

Я успокаиваю себя тем, что это ненадолго. Вот-вот. Одну минутку, секундочку. Украду у Яра каплю тепла и тут же вернусь на своё место. А пока мне хорошо. С ним в обнимку хорошо. Когда тесно-тесно друг к другу, даже сантиметра свободного не остаётся.

— Соня, — обращается ко мне Жаров.

Его низкий хрипловатый голос в полной тишине комнаты задевает все нервные окончания. Я зажмуриваюсь, слизываю кончиком языка вкус его тела. Такой… до боли знакомый, родной.