Хочу тебя навсегда

И ты простила? Забыла обо всем плохом, что он сделал?

Я не знаю, почему так и что со мной происходит, но конкретно сейчас память упрямо подбрасывает только хорошие эпизоды, связанные с Ярославом. Как Яр забрал меня из дома отчима. Как приглашал в гости к друзьям и родственникам. Как лечил и поддерживал. Иногда жёстко и строго, но давал хорошего пинка к действиям. Боже, да я мечтала полноценно встать на ноги, чтобы не хромать, идя рядом с ним по городу.

— Ему же очень выгодно, Сонь! — не отстает Аня. — Приехала со взрослым дитём.

— У тебя сегодня праздник, Аня. Я не хочу ругаться. Но думаю, что это наша с тобой последняя встреча.

Беру сумочку подмышку, встаю с дивана. В ушах звенит от обидных слов со стороны подруги. Я не ждала от неё понимания, нет. Но подобного — тем более.

— Обидно за тебя, Сонь! Капец как обидно! — не унимается Аня.

— Слушай, мне кажется, что ты некрасиво себя ведёшь, — вмешивается Арина. — Или это потому, что Ярослав когда-то грубо отшил тебя на тусовке по случаю юбилея Дёмы?

Я недовольно качаю головой и не прощаюсь. Выхожу на улицу, вызываю такси. Противный ледяной ветер пробирается под короткую куртку и охлаждает разгоряченное тело.

Это нормально, что мне хотелось вмазать своей подруге? Смачно, от души? Той, что помогала мне в универе с предметами и давала списывать на экзаменах и зачётах? Той, что плясала у меня на свадьбе.

Я сажусь в такси и называю адрес.

Телефон коротко вибрирует. Я раз за разом читаю сообщение от Ани и до хруста сжимаю зубы.

«Прости-прости! Я не должна была! Перебрала, Сонь!»

«Пошла нахрен!», — печатаю и отправляю."

"Чтобы не мучиться угрызениями совести, выключаю мобильный. Такси в этот момент останавливается у знакомого подъезда.

Меня начинает прилично потряхивать, когда я ищу в сумочке ту самую связку. Подумать только, Булочка бывала здесь не единожды, а я впервые за два года.

Открываю подъездную дверь, поднимаюсь на нужный этаж. Остановившись у массивной двери с деревянным покрытием, несколько секунд медлю. Внутренности скручивает в тугой узел, а вестибулярный аппарат шалит, будто я катаюсь на жёстких аттракционах.

Боже, я снова здесь.