Хозяюшка Покровской крепости

Пришлось парню напомнить и объяснить для каких целей заготовлены загодя ящики с плодородной землёй.

Навоз начали свозить на новое место, которое я указала за крепостью. Помню как бабуля рассказывала, каким образом она раньше делала тёплые грядки во времена своей молодости. Огород тогда кормил всю большую их семью. Родители работали в колхозе и были заняты практически целыми днями, а детям приходилось вести хозяйство и делать заготовки на зиму. Вот и у меня появилась задумка посеять часть семян прямо в тёплые гряды на рассаду.

- Меня мужики засмеют, если я с тобой в земле ковыряться буду, - возмущался мой дружок, которому описала перспективу нашей работы. - Баб в поселении полно, можешь девок наших приобщить. Мамка точно против не будет, - накидывал альтернативные варианты. - Только меня не позорь. Одно дело в поле работать, а совсем другое в палисаднике ковыряться.

Убедить друга было очень трудно, никакие мои увещевания и обещания не помогали. Он был готов отказаться от книг и письма, но не соглашался оказать мне помощь в посадках.

«Может я поторопилась к нему обратиться? Действительно, девочки в помощи мне не откажут, если им обозначить значимость этого дела», - озадачено посмотрела при этом на Прохора.

Решила не торопиться, время для посева ещё имеется.

Девочки наседали, чтобы научила делать их цветочки. Материал они подобрали яркий, видимо все свои ленты собрали до кучи и разные лоскуты, оставшиеся после шитья. Время у меня было, поэтому взяла свои инструменты и направилась к Филиповым в один из морозных деньков.

Из крепости меня выпустили свободно, только загодя предупредила Бориса Прокопьевича о том куда собралась.

- Вот и хорошо, девонька. Нечего тебе сычом в избе сидеть, - выговаривал мне Верхов. - Где это видано, чтобы ребёнок целыми днями сам себя работой загружал? Не дело это. Так что беги и Анне Андриановне и от меня поклон передавай с наилучшими пожеланиями.

С поклоном на словах мне в руки сунули корзинку со сдобой и небольшим горшочком с мёдом к чаю.

Мне обрадовались как родной. В избе пахло свежим хлебом и кашей. После чаепития девочки сразу усадили меня за рукоделие и сами рядышком уселись, наблюдая за каждым движением.

- Вот же свиристелки, - ворчала баба Нюся.