Сердце дракона. Том 17

Артекай пытался дотянуться своей техникой до монстра, но было уже поздно. Ядовитые когти уже вонзались в подставленный под удар бок, как внезапно раздался крик прекрасной Азалии.

— Щиты! — одновременно с этим она вонзила копье в землю. Её золотые волосы засияли звездным огнем и взмыли к небу. Всех, кто находился на расстоянии в триста шагов, окутала сфера жидкого звездного света.

Монстр, уже было праздновавший свою победу, лишь коснувшись границы щиты, оказался мгновенно пронзен и измолот в труху.

Словно каждый луч света на границе водяного щита обладал полновесной дробящей и пронзающей мощью боевого копья.

Но даже так адепты, достигшие подобных высот, не стали надеяться на технику Азалии.

И в этом было их спасение.

Все они, разом, использовали свои лучшие защитные техники и артефакты. Каждый из оставшихся в живых участников каравана, на какое-то мгновение, стал похож на живую крепость.

И в этом было их спасение.

Мгновением позже на джунгли обрушился океан воли меча.

Все, что дышало, все, что летало, бегало или прыгало, на расстоянии во многие километры, превратилось в кровавый дождь из ошметков плоти и белых облаков костяной пыли.

– Что… что за невероятная сила меча, — выдохнул Геданий, когда океан схлынул.

– Быстрее! – закричала Азалия и продолжила прокладывать путь сквозь тех монстров, что океан меча лишь ранил, но не убил. — Нам надо поскорее убраться отсюда, пока они не начали биться всерьез!

Только сейчас самые сообразительные поняли, что прекрасная Азалия пыталась увести их подальше вовсе не от Дикого Бога, а от…

Хаджар, не сомневаясь ни мгновения, раскусил сразу несколько пилюль и энергия наполнила его опустошенный источник и тело.

Только сейчас он в полной мере осознал, насколько могущественнее его сделало объединение воли и души. Двух из пяти составляющих пути развития.

И не только он сам оказался не готов к этой мощи, но даже его меч - Божественный Артефакт, усиленный духом – Птицей Кецаль, не смог заключить в себе всей мощи техники.

В итоге Древний Завр испытал на себе лишь четверть от мощи техники Хаджара, а оставшиеся три четверти эхом расплескались на многие и многие километры вокруг.

Древний Завр, с которого водопадами обрушались тонны крови, а в почву высокими скалами втыкались несколько отсеченных шипов и рогов, поднялся на задние лапы.

С диким ревом и неистовой силой, он обрушил их на землю.