Сердце дракона. Том 17

В тот момент, когда он уже выхватывал палаш, Хъаджар легонько ударил юношу в запястье и рука промахнулась мимо рукояти.

– Поверьте мне, – чуть устало вздохнул Хаджар. – вы не хотите обнажать меч, достопочтенный адепт. Назовите меня и мы решим с вами все вопросы, что у нас есть.

– Много тебе чести, бродяга, чтобы знать мое имя.

Парень снова попытался обнажить меч. На этот раз он даже смог немного выдвинуть его из ножен, но Хаджар, сделав полушаг вперед, слегка толкнул парня плечом в грудь и когда тот на миг потерял равновесие и взмахнул рукой, чтобы удержаться на ногах, вернул палаш обратно на место.

– Итак, как вас зовут?

– Да что это такое! Обнажи клинок и дерись со мной по-мужски, трус!

– Как я могу драться с тем, чьего имени и рода я не знаю. Это оскорбит моих праотцов.

Стоит признаться, в мире боевых искусств редко когда придерживались традиций и обменивались именами далеко не перед началом поединка. Порой вообще забывали об этом неписанном правиле.

Хаджар же просто не хотел лишнего кровопролития.

– Да я тебя…

Что атм собирался сделать этот парниша никто так и не понял. Он бросился вперед. Вокруг его кулаков даже какие-то энергии вспыхнули – видимо знал кулачные техники.

Хаджар, крутанувшись на пятках, пропустил нападающего мимо себя. Тот ненадолго запутался в подолах одежд, по которым плыли облака и сверкали звезды.

Этого времени хватило Хаджару, чтобы сорвать с парнишки ножны.

Когда парень понял, что произошло, он повернулся к Хаджару и, бледным, схватился за порванную перевязь.

– Это ваше, – Хаджар на вытянутой ладони протянул ножны. – Хороший меч. Верный баланс. Средний вес. Принадлежал вашему отцу?

– Что ты хочешь этим сказать, бродяга?! Что я не достоин меча своего отца.

Юноша снова попытался выхватить клинок, но в этот самый момент Хаджар слегка толкнул ножны вперед.

– Да сделайте вы уже что-нибудь! – воскликнул парень, явно обращаясь к своим воинам.

Те, словно очнувшись ото сна, сделали шаг вперед.

Хаджар вздохнул и положил ладонь на рукоять синего клинка.

– Прошу, – искренне произнес он. – не надо.

Воины замерли.