Сердце дракона. Том 17

– У каждой аномалии всегда есть условие, при котором целостность аномалии разрушается и она растворяется в Реке Мира.

– И как узнать эти условия? — насторожено спросил Лешкер.

Хаджар прекрасно понимал аккуратность Ядовитого Дыма. Никто из собравшихся не обладал достаточными знаниями об аномалии, чтобы судить о ней самостоятельно. И кто знает, какие цели преследовал здесь бессмертный. Он с легкостью мог скормить им любую информацию и у них не осталось бы выбора, кроме как поверить.

Потому что альтернатива… она выглядела слишком пугающей, чтобы о ней хотя бы задумываться.

— На самом деле… – Кань Дунь посмотрел в глаза Эйте, после чего покачал головой. – в тот раз мы так и не расшифровали подсказок. Свитки в моем павильоне гласят, что каждая аномалия содержит в себе нечто, что может указать направление.

— Указать направление? — один из адептов выглядел шокированным. – Разве это не естественное природное явление? Кто мог оставить эти подсказки?

— Сама аномалия, – пояснил обезьян. – она, все же, берет свое начало в Безымянном Мире.

— И как нам это может помочь? - спросила Лэтэя.

Принцесса Звездного Дождя, на удивление, выглядела спокойнее остальных. Может в силу своего малого жизненного опыта, а может потому, что, как и любой другой адепт, встречала любые приключение с “широко закрытыми глазами” и распахнутой душой.

– Все, что кардинально отличается от нашего привычного мира и его законов, может дать направление к самому слабому месту аномалии.

– И слабым местом той аномалии стала цивилизация? – спросил Хаджар сухим тоном.

Они встретились глазами с бессмертным, но прошли те времена, когда Безумный Генерал испытывал перед бессмертными благоговейный трепет. Уважение – да, но не более того.

– В любом правиле есть исключение, Ветер Северных Долин, – от Кань Дуна и его цепких, звериных глаз не укрылись изменения в отношении.

После сказанных слов в зале повисла тишина. С одной стороны адепты облегченно выдохнули. Знание о том, что у них есть неограниченный по времени способ выбраться отсюда придавало моральных сил.

Но с другой стороны…

– Насколько я могу судить о месте, в котором мы оказались, – продолжи Кань Дун.