Хам, или Детка, тебе не понравится

Его клавиши настроены на частоты миров – от самого низа до самого верха.

– Все – вон. Дарья – останься.

Анвар и Пикс выходят, плотно прикрывая за собой дверь.

Нажимаю на одну из клавиш, извлекая звук.

– Даша… ты должна запомнить этот звук. Это нота Соль в нашей октаве. Слушай…

Нажимаю еще несколько раз.

– Запомнила?

– Да. А зачем это мне?..

– Все, что не она – это нарушение целостности границ. Запомни… Слушай её постоянно. Настраивайся. Со временем, ты разберёшься.

Снимаю с себя несколько амулетов. Не глядя ей в глаза, надеваю на нее, комментируя:

– Замедление времени… Подавление воли… с этими двумя не разобрался, быть может, получится у тебя.

– Ха-а-ам?.. – подозрительно и тревожно ловит мой взгляд.

Кручу в руках свой Абстинет.

Смотрю ей в глаза. Это как обручалка. Сейчас я отдам её в жены очень могущественному существу.

"Она единственная, кто не может быть убит этим новым совершенным оружием, что создали демоны. Если только не покусится на жизнь другого Стража. Но тогда оружие будет развоплощено силами помогущественнее. Всё! Идеальная конструкция. Равновесие. Мой мир защищён бессмертным Стражем.

Миссия выполнена, мессия может быть распят, чтобы красочнее запечатлеться на страницах истории, которую никто не прочтёт.

С десятком своих иномирных апгрейдов, я больше не когерентен этой реальности. Любой Страж тут же начнёт охоту. И дорога мне только туда, где нет Стража. Да-ад.

– Всё, Даш. Пора.

Эпилог

Дашка

– Пора?.. Уже?..

Мой мерзавец смотрит на меня с сожалением. Снова. Немного не так, как перед попыткой задушить. Вины во взгляде нет, есть облегчение и решительность.

– Пора – что?..

Я, конечно, не гений анализа, но отчего-то мне кажется, что перед похоронами амулетами не обвешивают и инструкций не выдают.

Мы смотрим друг другу в глаза.

Его губы совершенно неожиданно вздрагивают в неуверенной нервной улыбке. Не ухмылке. Именно улыбке. И я замечаю, что его глаза оказывается тоже умеют улыбаться без всякого сарказма и надменности. И даже осмеливаюсь прикоснуться пальцами к человеческой версии лица мерзавца, недоверчиво пытаясь потрогать свои новые открытия.

Значит, я всё-таки не умру.