Хам, или Детка, тебе не понравится

Сын…

Погодите-ка! Марта Захаровна говорила, что её единственная дочь умерла еще во младенчестве.

Замираю на мгновение. И… на автомате продолжаю собираться. Мне становится сильно не по себе.

– Тебе есть куда идти?"

"Вообще-то нет. Переход на «ты» вдруг пугает меня еще больше, как ребенка, который вдруг остался наедине с незнакомым дядькой. Нехорошим, совравшим мне дядькой.

– Есть… – сглатываю я.

– Ты можешь остаться… – вкрадчиво.

– Спасибо…

Поспешно закидываю в рюкзак своё бельё, психуя, что он разглядывает это.

По спине омерзительные мурашки…

– Я пойду, – разворачиваюсь к двери.

Он уже стоит в косяке глядя на меня из-под своих косматых бровей.

Я протиснуться должна, что ли?

«Вот Хам бы мгновенно поставил его на место!» – закрадывается предательская мысль.

Так!!

«Фу! Фу, Дарья! Это нельзя! Плюнь! – мысленно бью себя по щекам. – Не смей сожалеть! Выкрутишься сама.»

– Варг? – оглядываюсь я, подзывая щенка.

Но он куда-то убежал из комнаты.

Капец…

– Варг!! Малыш!

Делаю пару шагов к двери.

– Можно? – мнусь я стреляя взглядом ему за спину. – Меня ждут… – вру я, сводя строго брови.

Медленно облизывает губу, глядя мне в глаза.

Ставит руку на косяк.

Я вижу у него на руке точно такое же кольцо, как у Хама. Один в один. С глазом…

На меня обрушивается паника. Необоснованная какой-то логикой. Просто интуитивная!

– Варг!! – рявкаю я в ужасе.

Вдруг позади мужика вспыхивает старый огромный гобелен на стене! Языки пламени пляшут по старым отстающим от стены обоям.

– Пожар! – вскрикиваю я.

Пламя перебрасывается ему на рукав. Зло оскалившись, разворачивается и, потупив пару секунд, начинает срывать с себя педжак, потом, со стены горящий гобелен голыми руками. Мне кажется, его кожа на предплечьях становится мясисто-красноватой в бликах огня.

– Варг… – присаживаюсь цокая языком.

Щень несётся мне в руки. Подхватываю его и бегу на выход, бросая на автомате взгляд в комнату Марты Захаровны. Закрытая дверь чуть приоткрылась… Притормаживаю…

Дура, Любимова! «Любопытство сгубило кошку!» – вспоминаю предупреждение Хама.

Я вижу там ее тело на кровати с открытым ртом и выпученными глазами, смотрящими в потолок. В нос бьёт специфический густой запах…

Едва сдерживаю рвотный рефлекс.

– Мамочка… – разворачиваюсь.

Бородатый, снова оскаливается. Мне кажется с его зубами что-то не так.

– Что Вам надо?!

– Ты не убежишь… – грудной низкий необычный голос. – Иди к своему покровителю.