Халид его пленница

Просто мужчине так больше нравится. Если завтра он возненавидит мои кудри, то попытается нацепить на меня платок. А я постараюсь оттяпать ему пальцы.

– Пошли завтракать, Ада, - его губы на секунду прикасаются к моим. Терзают не кожу, а саму душу. – У нас двоих будет сложный день. А вечером я заеду к тебе.

* * *

– Ну что ты, мой маленький.

Ян, перепачканный в краске, забирается на меня. Жмётся, что-то бормочет себе под нос. Жалуется на то, что «ба Ка» – тетя Катя – кормила его кашами.

Сын ни на шаг от меня не отходит.

– Ян! – ловлю ладонь мальчишки, когда он дёргает меня за волосы. – Маме больно, так нельзя делать.

– Кудли.

И снова сильнее дёргает, не слушая. Никакого теста на отцовство не нужно, вылитый Халид. Только если сыну я могу сказать за боль, то с мужчиной буду молчать до последнего. Не подарю такой радости, как узнать, что он может сломать меня.

– Такая хорошая погода на улице, - тетя Катя заглядывает, поправляя фартук. – Сходите погуляйте, а я наготовлю пока. Янчик весь в тебя, ничего не кушает. Может свежий воздух…

– Я скоро уеду, погуляете с ним? Только кепку на голову, чтобы волосы прикрыть. Обязательно! Не ходите там где пусто. И…

– Доченька, моя Ника сколько лет прячется? Всё я знаю. Ох, угораздило же вас… Прости Господи. Точно сёстры. Ну ничего… Это ничего, всё образуется.

Тетя Катя отходит к окну, что-то повторяет.

Сколько девушек вокруг, но не может же бандюган вечно бегать за одной? Может. Когда ты их предаешь, когда задеваешь – они из-под земли достанут нужную девушку.

Меня за то, что сбежала. Что вообще появилась в жизни Халида. Нику за то, что она что-то украла. Подруга так и не призналась, что именно взяла в чужом доме и почему ещё не отдала.

А я ведь тоже украла.

По привычке тру шрам на шее, напоминая, что я всё пережила. Даже те, что было не под силу многим мужчинам. А я выстояла. И снова это сделаю, главное – не ошибаться.

– Ты опять уйдешь, да?

Ян шмыгает носом, тянет ко мне ручки. Стоило всего на минуту отойти в ванную, как ему снова плохо.