Халид его пленница

Отвечать.

Покорять в ответ.

Любить.

Но сейчас, прерываясь в остывшую куклу, я чувствую лишь холод. Он исходит отовсюду, обволакивает. Стены, Халид, я сама. Словно всё покрыто корочкой льда, не срубить.

– Бля, колючка, - мужчина сжимает меня сильнее, его пальцы двигаются по сухому лону. – Какая же ты сука, а.

Он упирается лбом в стену рядом с моим лицом. Мы прикасаемся висками. Словно моё сердцебиение и его смешались, переплелись. Каждой клеточкой, безвозвратно.

– Пытаешься выебать мне мозги?

– Пытаюсь уравнять наше положение.

– Этого не будет.

– Как минимум с Турай.

Моя губа дрожит, потому что это невыносимо больно и сложно. Когда человек, которого должна ненавидеть, так влияет. Когда я распадаюсь рядом, вся моя бравада просто сетка. А у Халида много оружия, чтобы с ней справиться. Протиснуться, в самую душу.

Не хочу думать о том, что он может принадлежать другой. Называть её своей невестой. Пусть когда это это было просто издевкой, просто подставить меня.

Халид врал, что я его невеста. И у меня не было возможности уйти.

Он сам меня подставил и сам защищал.

– Турай-то тут при чем?

– Она знает, кто для тебя. Она… У неё есть статус и понимание будущего, Халид. А я…"

"Я не позволяю себе плакать, никогда не позволяла. Даже когда в дом ворвались бандиты, когда забирали опекунов – молчала. Контроль над эмоциями спас мне жизнь.

И сейчас он работает по полной. Не истерить, потому что это я не такая. Не кричать и не заводить новый круг разборок.

– Я – пленница. На этом любая четкость заканчивается. Прости, что я не возбуждаюсь от подобного.

– Прекращай кусаться, колючка, - губы Халида касаются моего лица. – Для пленницы ты слишком много себе позволяешь. Хочешь разговор? Честный и открытый? В две стороны.

– Хочу.

Киваю, продолжая терзать губы. До металлического запаха, вкуса соли. Тело бьёт током, когда Халид дотрагивается до нижней губы.

– Не делай так.

Приказ, заставляющий расслабиться. Разом, словно выключают все винтики и программы сопротивления. Это не усталость, даже не бессилие или обреченность.

Словно…

Я на краю.

Полностью обнажена перед Халидом, показываю всю себя. Добровольно. Именно в этот момент. Мнимая смерть мужчины словно убила что-то и во мне. Окончательно, что не могу собраться.

– Мы поговорим, Ада. Хорошо. Компромиссы, да?

– Да.