Халид его пленница

Пока сосредоточена на Луке, огромная тень мелькает за спиной. Бьёт по запястью, заставляя выпустить оружие.

Только я не напуганная девочка, я агент ФСБ. Такая резкая боль – только подстегивает двигаться быстрее. Разворачиваюсь, надавливая на курок. Ещё немного и будет новый выстрел.

– Мне казалось, ты хотела сохранить мне жизнь, колючка.

Халид.

Живой, сукин сын.

Я смотрю на Халида и думаю, могу ли выпустить в него всю обойму? У меня в руках классическая Беретта, без наворотов. Значит, всего пятнадцать патронов.

В любом случае, мне хватит.

– Опусти ствол, Ада, - Халид не просит, как другие мужчины. Сразу отдаёт приказ. – Сейчас.

Я знаю, что нужно. Я могу быть смелой с другими, но факт прост – именно Халид всё решает. И сейчас лучше последовать приказу, выполнить то, чего хочет мужчина.

Но тело – застывшая сталь, со свинцом в венах, голове, сердце. Не двигаюсь, не дрожу. Полный покой, когда на самом деле мне хочется заорать. Халид молодец, как просто он смог вывести меня из равновесия.

Что это было? Проверка для меня? Для его людей? Посмотреть, кто и как будет реагировать на произошедшее? Или мужчине нужно было залечь на дно подобным способом?

Меня потряхивает, будто только что всю душу разворотили. На самом деле, так и было, без преуменьшения. У меня ощущение, что я только что потеряла всё.

Снова.

– Ада.

Мне жаль, что предохранитель в пистолете автоматический. Не будет щелчка, показательного движения большим пальцем. Чтобы напугать, заставить волноваться.

Как Халид меня.

Горло сдавливает пальцами, а в душе… Не пустота, бездна.

– Твой помощник облажался, - опускаю пистолет, поворачиваясь к Луке. Цепляю ткань его футболки, вытираю свои отпечатки. – Больше не теряй. Мне пора к Янару и…

– Ты останешься. Просьба, - Кемаль поднимает руки в ответ на суровый взгляд Халида. – Я присмотрю за мальчишкой, а что-то подсказывает… В общем, мы с Лукой удаляемся.

Я прислоняюсь спиной к стене, смотря перед собой. Не моргаю, потому что иначе расплачусь.

Нет.

– Что ты устроила, колючка?

– Развлекалась, - сжимаю челюсть, пока зубы не начинают ныть от тупой боли. Лучше так, чем показать свою слабость. – Ты, очевидно, тоже.

– Ада, не еби мне мозг сейчас. У меня хватает других дел.

– Конечно, прости, что отвлекла.

Что я загибалась от боли, думая, что ты умираешь.

Сукин сын.

Ждал меня, наслаждался.