Измена. Я отыграюсь! (СИ)

— Я тебя вообще всухую, без подготовки, во все дыры отодрать мог. Так что… просто сними эти свои чертовы трусы и вернись на место!

И я сняла, повернулась и вновь встала на колени в его проклятом кресле. Молча. Потому что Стас был прав: условия нашего с ним сексуального контакта никто не оговаривал, а истерить, глупо допустив подобное, было совсем уж стыдно. Бизнесвумен еще называется! Неудивительно, что потеряла все… Что ж, будет наука! Такая, что точно не забудется никогда!

Глава 14

Глава 14

Как ни странно, если бы не дикий стыд и не менее дикая злость, процесс можно было бы назвать приятным.

Когда он коснулся его в первый раз, я было зажалась, но он никуда не спешил, ласкал, сам получая от происходящего несомненное удовольствие, и я постепенно тоже смогла расслабиться и ощутить чувственную радость от этой слишком смелой для меня ласки.

— Вот так. Погладь себя сама так, как ты любишь, как тебе нравится."

"Ну вот только смогла настроиться, как опять заставляет невольными колючками обрастать! Еще не хватало такое вот, совсем интимное, ему демонстрировать, ласкать себя, пока он будет смотреть!

— Идите к черту, Станислав Дмитриевич!

Он в отчет хмыкнул незлобиво, стащил меня с кресла и плюхнулся в него сам, а после указал мне на свое налитое кровью естество.

— Раз так, закончим с прелюдиями. Давайте! Что замерли?

— Но…

— Сами. Все сами. Чтобы после и мыслей не возникло, что, мол, изнасиловали… Да и тебе же легче будет, — вдруг меняя тон на куда более мягкий, продолжил Стас.

Остро захотелось развернуться и убежать, а если дрожащие ноги подведут и не выйдет, то хоть уползти, но Стас вдруг потянулся, ухватил меня за бедро, дернул на себя, развернул, заставил раздвинуть ноги, а после вновь рыкнул:

— Ну! Садись! Член мой в руку возьми, направь его и садись потихоньку. Нет, погоди… Что-то я… увлекся.