Изгой Проклятого Клана. Том 3

Например, такого же, как и того, кто вывел за собой небольшую армию болотных тварей из прорыва, открытого рядом с усадьбой Яровых."

"Вскоре нам на пути стали встречаться бойцы. Раненые вытаскивали тяжелораненых. Кто-то подсвеченный силой целительской магии, а кто-то просто ковылял вперёд, заодно подтягивая своего соратника.

Они усталыми, но полными надежды глазами, встречали нас и кричали вслед боевые кличи.

Мы не задерживались.

Но во мне всё сильнее зудело желание ускориться, чтобы скорее прибыть на передовую позицию.

Только здравый смысл отрезвлял. Нельзя отрываться от остальных. Не сейчас, когда враг очевидно очень силён. Но при этом лично мне непонятно, насколько именно.

Мы уже слышали хлопки и гром применяемых техник.

Треск молний.

Стрёкот автоматных очередей.

Крики ярости и боли.

Впереди показались вспышки.

Подмастерье из клана Озёрских, который был назначен командиром нашей передовой группы сделал жест рукой: вперёд.

Вот теперь можно было пойти на полной скорости. Отчего я, этот самый командир и Ратибор рванули в первом ряду.

И уже через несколько мгновений выбежали на станцию.

Длинную. Сотни две метров вперёд.

На каждом её участке кипела битва.

Несколько гвардейцев Озёрских удерживали вход на лестницу, на поверхность. Двое магов из их клана выставили вперёд руки, создав стену из воды.

В неё один за другим влетали огненные шары, которые запускал маг в тёмной одежде «Тихого Дома».

Так, как не смог бы ни один нормальный маг с ограниченным запасом маны.

— Мой, — кратко бросил Ратибор, обращаясь потоком серебряного пламени. И в следующий миг он вырвался оттуда ускоренный до сверхчеловеческой скорости.

Метатель огненных шаров рухнул с пробитым насквозь сердцем. С оставшейся на его лице безумной улыбкой.

Ратибор тут же брезгливо вытащил руку из его груди, стряхивая с неё кровь.

Но это была только одна из нескольких десятков маленьких схваток по всей станции. Здесь уже не было никакого порядка. Только битва, в которой смешались все со всеми.

Только в самом эпицентре тишина.

Там, между колоннами, было всего трое.

Огромный мужчина, что был на две головы выше любого на станции. В одежде «Тихого Дома». С густой чёрной бородой. Тёмно-серой, будто свежий асфальт, кожей.