Изгой Проклятого Клана. Том 3

Там тлела демоническая печать — пентаграмма с тремя запятыми.

Глава 20

— Невозможно, — прохрипел Саокок, не отводя взгляда от демонической печати на моей груди.

И он был прав.

Потому что это была только иллюзия печати. Лиля, которая создала её, стояла неподалёку в браслете невидимости. А её навыков по сокрытию маны вполне хватало, чтобы не быть обнаруженной демонами издалека.

Хорошо, что браслет невидимости я также слегка переделал, после возвращения в Северный Предел. Чтобы Болтун не мог отследить его местонахождение.

— Как ты это сделал⁈ — прорычал Саокок, смотря на меня исподлобья. Он занервничал. Причём гораздо быстрее, чем я ожидал.

Ха! Лиля была права, когда описывала его характер. Он довольно тревожный.

Но, самое главное, Саокок не просто увидел… он ПОЧУВСТВОВАЛ силу Урюкара. И да, исходила она от меня.

— Понимаешь, что ситуация выходит из-под твоего контроля, не так ли? — улыбнулся я.

— Отвечай на МОЙ вопрос, — потребовал он. На его лице заходили желваки.

— А то что? — моя улыбка превратилась в усмешку. — Попробуешь напасть? Ну попробуй. Последствия прекрасно представляешь и сам. Но у тебя есть и другой вариант: мы решим, кому будет принадлежать сила, в бою один на один. Разумеется, с заключением магического договора. Чтобы твои ребята, — я кивнул на его воинов. — Не устраивали мне проблем, после моей победы.

Саокок резко взмахнул рукой.

Один из его рабов тут же подорвался и подбежал к нему, бросившись перед ним на колени.

Саокок произнёс:

— Смотри, что я с тобой сделаю… — он взял своего раба-демона за голову и одним непринуждённым движением свернул ему шею. Быстрее чем за секунду. Без сомнений. Даже не взглянув на раба, который так и остался безмолвным."

"Я приложил максимум усилий, чтобы не потерять ни усмешки, ни ровного дыхания. Чтобы не сжать кулаки от проснувшегося гнева. Чтобы не выпустить яростный крик, подступивший к горлу.

Убивать тех, кто не провинился — отвратительно.

Убивать тех, кто тебе служил — отвратительно в десять раз больше.

Пусть это был раб, у которого уже давно не было воли. Которому, возможно, за радость было так быстро умереть. Тем более, демону. Едва ли он сам, на месте Саокока, вёл бы себя иначе.

Но, чтоб их пожрала Пустота, я был зол.

Очень.

И едва-едва сдерживался, чтобы не дать этим эмоциям выход. А мантикора, почуяв их, зарычала внутри. Она требовала демонической крови.